Камчатка: SOS!
Save Our Salmon!
Спасем Наш Лосось!
Сохраним Лососей ВМЕСТЕ!

  • s1

    SOS – в буквальном переводе значит «Спасите наши души!».

    Камчатка тоже посылает миру свой сигнал о спасении – «Спасите нашего лосося!»: “Save our salmon!”.

  • s2

    Именно здесь, в Стране Лососей, на Камчатке, – сохранилось в первозданном виде все биологического многообразие диких стад тихоокеанских лососей. Но массовое браконьерство – криминальный икряной бизнес – принял здесь просто гигантские масштабы.

  • s3

    Уничтожение лососей происходит прямо в «родильных домах» – на нерестилищах.

  • s4

    Коррупция в образе рыбной мафии практически полностью парализовала деятельность государственных рыбоохранных и правоохранительных структур, превратив эту деятельность в формальность. И процесс этот принял, по всей видимости, необратимый характер.

  • s5

    Камчатский региональный общественный фонд «Сохраним лососей ВМЕСТЕ!» разработал проект поддержки мировым сообществом общественного движения по охране камчатских лососей: он заключается в продвижении по миру бренда «Дикий лосось Камчатки», разработанный Фондом.

  • s6

    Его образ: Ворон-Кутх – прародитель северного человечества, благодарно обнимающий Лосося – кормильца и спасителя его детей-северян и всех кто живет на Севере.

  • s7

    Каждый, кто приобретает сувениры с этим изображением, не только продвигает в мире бренд дикого лосося Камчатки, но и заставляет задуматься других о последствиях того, что творят сегодня браконьеры на Камчатке.

  • s8

    Но главное, это позволит Фонду организовать дополнительный сбор средств, осуществляемый на благотворительной основе, для организации на Камчатке уникального экологического тура для добровольцев-волонтеров со всего мира:

  • s9

    «Сафари на браконьеров» – фото-видеоохота на браконьеров с использованием самых современных технологий по отслеживанию этих тайных криминальных группировок.

  • s10

    Еще более важен, контроль за деятельностью государственных рыбоохранных и правоохранительных структур по предотвращению преступлений, направленных против дикого лосося Камчатки, являющегося не только национальным богатством России, но и природным наследием всего человечества.

  • s11

    Камчатский региональный общественный фонд «Сохраним лососей ВМЕСТЕ!» обращается ко всем неравнодушным людям: «Save our salmon!» – Сохраним нашего лосося! – SOS!!!

  • s12
  • s13
  • s14
  • s15
Добро пожаловать, Гость
Логин: Пароль: Запомнить меня
  • Страница:
  • 1
  • 2

ТЕМА: ПОЛЯКОВЫ

ПОЛЯКОВЫ 18 янв 2010 21:30 #170

  • Краевед
  • Краевед аватар
  • Не в сети
  • Живу я здесь
  • Сообщений: 1079
  • Спасибо получено: 7
  • Репутация: 1
Наверное, нет необходимости доказывать, что происхождение этой фамилии напрямую связано с национальностью ее первого носителя -- некоего Поляка из Польши.

А вот и доказательства:

Болеслав Сергеевич Шостакович,
д.и.н., проф. кафедры мировой истории
и международных отношений
Иркутского государственного университета
МЕЖДУНАРОДНЫЕ АСПЕКТЫ ИСТОРИИ ПОЛЯКОВ В СИБИРИ КАК ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ ПРОБЛЕМА.
(НА ПРИМЕРАХ ИЗ ЭПОХИ ДО РУБЕЖА XVIII-XIX ВВ.).
Современное глубокое знание истории Сибири, не только как региональной, но и как важной составной части российской истории (в особенности в дореволюционный период), невозможно представить без истории польского присутствия в этом обширном восточном регионе Российского государства. В свою очередь, история поляков в Сибири параллельно составляет и органическую часть истории отечественной, и аналогичный раздел зарубежной, в первую очередь, польской истории. Она также тесно смыкается с историей нескольких с недавнего времени (после произошедшего распада единого Советского Союза) самостоятельных новых государств - Беларуси, Литвы и Украины.
Весьма продолжительная во времени и обширная по территориальному охвату указанная история включает значительный диапазон разнообразных проблемных вопросов из истории Польши и России, в особенности же сибирского региона последней. В сущности, речь идет о проблематике, связующей сибирский регион с геополитическим пространством, к которому относятся как собственно этнические польские земли, так и регионы, соседствующие с ними с востока. Эти последние, начиная с периода на рубеже XVII-XVIII столетий, подвергались, наряду с прежним польским воздействием, и все более усиливавшемуся русскому.
Таким образом, в уже отмеченных обстоятельствах отчетливо прослеживаются многосторонние и многоаспектные взаимосвязи сибирского региона с областями, относящимися к различным международным сферам.
Политические перемены последнего десятилетия на постсоветском и постсоциалистическом пространствах Европы, среди прочего затронувшие и вышеупомянутые территории, побудили специалистов, занимающихся их изучением, к пересмотру многих, уже в какой-то мере "устоявшихся" тематических разделов - как в рамках "собственной", внутренней национально-государственной истории, так и истории внешних взаимоотношений с соседними странами и регионами.
Между тем, в привычных стереотипах восприятия названной темы историками международный ее ракурс пока еще традиционно исключается. Если выразиться откровеннее, над большинством исследователей в области истории Сибири по сию пору довлеет стереотип толкования данного вопроса на сугубо краеведческом уровне. Это подкрепляется убеждением, что данная тема - есть сугубо прикладная, чисто "внутренняя деталь" отечественной, местной региональной сибирской истории, у которой нет и быть не может сколько-нибудь существенных взаимосвязей с историей зарубежной, а тем более - с проблематикой международного характера.
В действительности же сама логика происхождения "сибирско-польской" истории уже поставила ее проблематику межнационального и международного характера в масштаб органических, основополагающих ее компонентов. Данное обстоятельство существенно дополняет и усиливает и прежде признававшуюся многостороннюю актуальность данной темы. Однако, как отмечалось нами ранее, в сложившейся к настоящему времени довольно обширной историографии темы международный ее ракурс все еще традиционно отсутствует. "Сибирско-польская" история и ныне продолжает трактоваться в рамках привычных, стереотипных подходов к ней, чрезвычайно сужающих ее сущность.
Таким образом, исходя из сказанного, практическое значение данного доклада состоит в самoм формулировании весьма значимого, но не выдвигавшегося до сих пор исследовательского направления в достаточно уже давно разрабатываемой специалистами области "сибирско-польской" исторической тематики. Научное ее изучение безусловно должно существенно повлиять на корректировки многих аспектов прежних представлений из истории Польши, истории отношений России с сопредельными странами и регионами, и отечественной, в частности, сибирской истории. В контексте настоящей конференции вполне естественно заметить, что результаты исследований в подобном научном направлении должны иметь самое непосредственное отношение к характеристике особенностей восточносибирского регионализма и в их числе исторических истоков формирования сибирской социокультурной среды.
Так выглядят в самом общем виде исходные теоретические положения рассматриваемой проблемы.
Что касается конкретно-фактического содержания (наполнения) темы, то оно представляет очевидный интерес и нуждается в специальных целенаправленных исследованиях, которые до сих пор вообще нигде и никем не проводились. Соответственно, на настоящий момент отсутствует даже сколько-нибудь систематизированная сводка материала, относящегося к указанному тематическому направлению. Не ставя в данном случае своей задачей представление подобных данных в исчерпывающем виде, попытаемся отметить ряд выявленных нами характерных компонентов по рассматриваемой теме и наметим в связи с этим некоторые исследовательские задачи на будущее.
***
Первоначальные примеры из области международной проблематики, в которые своеобразно вписалась тема Польши и Сибири, польская традиция возводит еще к эпохе XIII столетия. Они связываются с известной экспедицией Плано Карпини, осуществленной из Европы в Монголию в 1245-1247 гг. В составе экспедиции находился монах-францисканец из Вроцлавского монастыря Бенедикт Поляк (Benedictus Polonus), оставивший о ней свое сочинение под названием "История Тартарии" (1247). Маршрут данного путешествия, начавшегося из Лиона (так, как воссоздают его современные польские исследования) пролегал через Польшу (именно там и присоединился к экспедиции монах-францисканец Бенедикт из монастыря во Вроцлаве), южные русские княжества, низовья Волги, Аральское море и побережье озер Балхаш и Алаколь (на территории современного Казахстана). Далее путешественники из Европы совершили путь через так называемые Джунгарские ворота и по монгольской территории - до окрестностей древнего монгольского государства Каракорума, а затем - в обратном направлении (1).
Безусловно, территории, по которым проследовала экспедиция, в современном понимании Сибирью не были, а тем самым и первая крупная европейская дипломатическая миссия в Монголию не имела непосредственного отношения к сибирскому региону как к таковому. Однако же в ментальности польской культуры именно от указанного момента ведется отсчет начала польских контактов с обширным азиатским регионом. Данное историческое событие достаточно долго ассоциировалось в традиционном польском восприятии непосредственно с Сибирью и с началом посреднической роли поляков в знакомстве Европы с этой областью. В польской специальной литературе даже высказывалось мнение о том, будто бы на пути своего следования группа Плано Карпини "столкнулась с каким-то малым морем, наверняка являвшимся озером Байкал". Так писал в своем давно уже сделавшемся классическим капитальном труде межвоенной эпохи польский исследователь "сибирско-польской" темы Михал Яник (2). Данная версия многократно варьируется в польских работах по указанной тематике, начиная от наиболее ранней среди таковых монографии З.Либровича (3).
Конкретика польских взаимосвязей на сей раз уже с подлинным сибирским регионом начинает выстраиваться значительно позднее, более трех столетий спустя. В XVII веке происходили многочисленные русско-польские войны, сопровождавшиеся высылками в Сибирь военнопленных польских солдат и офицеров, судьбы которых, подчас, оказывались весьма затейливы и разнообразны. В научной литературе до сих пор не вполне изучены и объяснены международно-правовые основания, по которым пленение подданных суверенного государства (а Речь Посполитая в ту пору еще оставалась таковым), в результате военных с ним действий, Россией практически приравнивалось к внутренним формам для наказаний собственных своих граждан.
Можно наблюдать неоднократные свидетельства стремления русских властей привлечь польских пленных на "службу Москве", что выражалось в принесении новоявленными подданными соответствующей присяги и переходе их в православную конфессию. Известны случаи как принятия подобного предложения с последующей адаптацией недавних иностранцев в новом для них статусе сибирских чиновников или представителей военной администрации, так и обратные примеры, сопровождавшиеся либо продлением ссылки, либо возвратом из плена (4).
Отдельные лица, попадавшие из Польши в сибирский плен, вообще резко выделяются из общего ряда и могут служить своего рода олицетворением международных контактов сибирского и дальневосточного регионов. Примером может служить сложная и противоречивая фигура Маур?ыцы-Аyгуста (Морица-Августа) Бенёвского - венгра (долгое время его относили и к полякам, и к словакам), принявшего участие в войне с Россией на стороне так называемой Барской конфедерации и после захвата раненым в плен сосланного в Сибирь. Последующие перипетии новоявленного политического ссыльного привели его к высылке на Камчатку, откуда он совершил побег на захваченном корабле. Одно лишь перечисление дальнейших вех в судьбе беглеца из дальневосточной ссылки не может не поразить любое воображение: С Камчатки им было осуществлено плавание вокруг Азии и Африки в Европу, при этом совершены приоритетные географические наблюдения и открытия в еще неисследованных тогда частях Берингова моря и Тихого океана (5). Затем в качестве губернатора на французской службе он управлял островом Мадагаскар; устанавливал контакты и вел переписку с Б.Франклином и Д.Вашингтоном; участвовал в войне за Баварское наследство на стороне Австрии; заслужил звание французского генерала и титул австрийского графа; составил и опубликовал описание собственной бурной жизни в несколько беллетризованных мемуарах. Наконец, последовала печальная развязка - гибель М.Бенёвского в сражении с французской карательной экспедицией, где он выступал в качестве верховного правителя туземного населения Мадагаскара и отстаивал его интересы.
Все перечисленное невольно наводит на мысль, что перед нами далеко не просто фигура расхожего авантюриста, искателя приключений как нередко в исследовательской литературе трактовалась личность и деятельность Бенёвского. Не случайно в последний период международная общественность стала по-новому осмысливать наследие этого человека, связавшее собою четыре континента и около десятка стран и областей, среди которых - Восточная Сибирь и Камчатка (6).
Наряду с отмеченным необходимо также принять во вниманиe и то обстоятельство, что собственно имя М.Бенёвского может служить характерным ярким примером и иных ему подобных, связующих историю сибирского региона с зарубежными историческими событиями и процессами. Во многом оторвавшееся уже от своего первооригинала и воплощенное в ряде крупных литературных произведений, имя это вошло в польскую культурную традицию (программная поэма Ю.Словацкого, повесть В.Серошевского), а отчасти и в европейскую (повести А.Коцебу, М.Йокаи и др.). В связи с подобным образом фигурировало и интерпретировалось в художественном осмыслении авторов и само понятие Сибири - как "поля действия" соответствующего героя.
В контексте центральноевропейских связей с сибирским регионом совершенно особое место принадлежит уникальному документу, сравнительно недавно обнаруженному докладчиком в Отделе редкого хранения старопечатных изданий одной из библиотек Республики Польша. Речь идет об издании Указа короля Пруссии (Берлин, 7 июля 1802 г.) (7).
Документ этот гласит буквально следующее :
"Дабы всячески защитить собственность преданнейших верноподданных от дерзких посягательств воров, разбойников, поджигателей и подобных им, виновных в тяжких преступлениях, Его Королевское Величество Король Пруссии, наш Всемилостивейший Государь, повелел схватить и ощутимо наказать таких злодеев. Однако же опыт показал, что несмотря на предпринятые решительные меры, задуманные цели не были полностью достигнуты, ибо несмотря на величайшую предусмотрительность все же нельзя было воспрепятствовать тому, чтобы время от времени некоторые из этих преступников не убегали бы из исправительных тюрем и снова не наводили бы ужас на благонамеренных граждан; и именно благодаря этой надежде на возможность вновь обрести свободу, осуждение на вечное заключение теряет в глазах этих злодеев свое устрашающее воздействие.
По этим причинам высшие власти постановили находящихся в исправительных тюрьмах неисправимых воров, разбойников, поджигателей и им подобных преступников ссылать в отдаленные части света, чтобы там использовать их на тяжелейших работах, не оставляя ни малейшей надежды когда-либо снова обрести свободу. Согласно этому с Московско-Императорским Двором состоялось соглашение о том, что подобные злодеи будут использоваться в отдаленных местах Сибири на горных работах за тысячи миль от границ страны Его Королевского Величества.
И уже в эту пору 58-мь самых худших преступников 17 июня сего же года переданы русскому коменданту в Нарве, чтобы оттуда транспортировать их на эти рудники, находящиеся в горах в Сибири.
Его Королевское Величество будет защищать права собственности всех жителей своего государства от посягательств таких злодеев [подобной же] отправкой этих преступников время от времени, и повелевает публично известить об этом для успокоения своих благонамеренных верноподданных и для предостережения каждого преступника.
Подписано в Берлине 7-го июля 1802 г.
По Его Королевского Величества всемилостивейшему специальному повелению Граф фон дер Шуленбург, фон Гольдбек".
Процитированный этот удивительный документ до сих пор не привлек особого внимания специалистов. А между тем он вызывает массу исследовательских вопросов.
К примеру, что означает упомянутое в нем "соглашение с Московско-Императорским Двором"? Из каких мотивов могло пойти на него русское правительство? Беспрецедентен сам факт высылки опасных преступников из собственной страны в зарубежную при полном согласии последней и при том (как можно предположить из контекста приводимого документа) без каких-либо дополнительных условий, последнею же выдвигаемых.
Исходя из контекста указа, вполне обоснованно можно заключить, что Сибирь уже в начале XIX в. официально, по международному соглашению становилась регионом ссылки опасных в социальном отношении элементов. (Невольно напрашивается аналогия с современностью: предпринимаемыми попытками использования обширных восточных и северных пространств России для захоронения опасных в экологическом отношении промышленных отходов, как собственных, так и зарубежных).
Что касается польской ссылки, то хотя в Указе прямо ничего не говорится об этнической принадлежности высылаемых в Сибирь преступников, допустимо предположение, что в их числе, наряду с вероятными немцами, подразумевались и поляки. Косвенно на это указывает обнаруженная докладчиком, наряду с берлинской публикацией текста указа на немецком языке, идентичная же его же версия, напечатанная в Данциге (Гданьске) по-польски (8).
Все отмеченные здесь вопросы, равно как и иные, которые в данном случае специально не оговорены, но вполне закономерно могут быть поставлены в связь с обозначенной проблематикой, остаются на данный момент открытыми. Безусловно, это убеждает в необходимости всестороннего изучения истории сибирского региона (в том числе и восточносибирского, в качестве составной части первого) под углом зрения мало принимавшихся во внимание до сих пор, либо вовсе упускавшихся прямых ее соприкосновений и взаимосвязей с проблематикой международного характера.
Данными приведенных здесь примеров из ранней эпохи "сибирско-польской" истории международные ее проявления, разумеется, не исчерпываются. Они могут быть продолжены и отмечены и в иные хронологические периоды этого продолжительного и во всех отношениях уникального, многообразного исторического феномена в обширном сибирском регионе. Однако эта задача могла бы стать темой уже иной исследовательской разработки и иного о ней доклада.
Примечания :
1. Benedykt Polak // Slabczynscy W. i T. Slownik podroznikow polskich. Warszawa, 1992. S. 26 -29/
2. Dzieje Polakow na Syberji. Krakow, 1928. S. 32-33). [Издание данной работы возобновлено репринтом во Вроцлаве в 1991 г.].
3. Cм.: Librowicz Z. Polacy w Syberji. Krakow, 1884. S. 6-7; 8-14. [Репринт этой работы осуществлен во Вроцлаве в 1993 г.]
4. См., в частности, по данному поводу: Полевой Б.П. Адам Каменский- Длужик в Восточной Сибири и источники его этнографических cooб- щений (итоги дальнейших архивных разысканий) // Historia kontaktow polsko-rosyjskich w dziedzinie etnografii. Wroclaw i in., 1976. S. 143 - 145.
5. В сущности впервые в историографии этот вопрос подробно рассмотрен польским исследователем Э.Кайданьским в сравнительно недавно опубликованной его обширной и основательно разработанной монографии (Kajdanski E. Tajemnica Beniowskiego. Odkrycia, intrygi, falszerstwa. Warszawa, 1994).
6. В конце 1980-х гг. в венгерской прессе сообщалось о проведенной в ту пору в Будапеште Международной конференции по наследию М.-А.Бенёвского, собравшей участников из Польши, Венгрии, Германии, Франции, Великобритании, США и др. стран.
7. Publicandum wegen Deportation incorrigibler berbrecher in die Siberischen Bergwerte. De Dato Berlin, den 7ten Julius 1802.
8. Берлинская версия указа была отпечатана по-немецки королевским придворным печатником Георгом Дектером, а польская - в Данциге (Гданьске) королевским печатником Людвигом Даниэлем Веделем.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

ПОЛЯКОВЫ 19 янв 2010 10:51 #613

  • Камчадал
  • Камчадал аватар
  • Не в сети
  • Живу я здесь
  • Сообщений: 1401
  • Спасибо получено: 3
  • Репутация: 0
"Воспоминания камчадалов и старожилов Камчатки. Век двадцатый". П-К., 2007 г.

РАДИОНОВА ЕКАТЕРИНА КОНСТАНТИНОВНА (Записано В.И. Борисовым в сентябре 2003 - феврале 2004 гг. в п. Козыревск)

Мой дед, Александр Семенович Поляков, был казаком, родился в 1854 году в Усть-Камчатске, умер в 1904 году. Был дважды женат, имел девять детей. Моя мама, ее звали Августа, родилась в 1888 году.
Второй женой деда была Евдокия Миронова из Тигиля. От второго брака у них было пять детей -- Екатерина, Иван, Тимофей, Александр и Мария. Трое из них умерли в детстве, выжили только Александр и Мария.
Мария Александровна вышла замуж за Тарасова, жила а селе Мильково. Дедушка сказал: «Кто первый придет сватать, за того я отдайте». Мама потом рассказывала, что обижалась на деда: Как же так, а вдруг свататься придет кореец или китаец. Они раньше в Усть-Камчатске жили.
Вот в Ключах много китайцев, на камчадалках женились.
Мама вышла замуж в декабре 1904 года, когда дедушка уже умер. Ее первая дочь — Ольга - родилась в 1906 году.
Когда у казака рождался мальчик, ему сразу давали паек, а если девочка - то ничего не давали. Пусть живет, как хочет.
У Савинского в Усть-Камчатске было семь девок, так он плакал. Девочек не учили, а мальчиков учил поп, но только писать и читать.
Александр Александрович Поляков был женат на Ульяне Демьяновне Хомченко. Он был охотником, часто играл в карты, одно время жил в Нижне-Камчатске. У них был сын Петр, 1923 или 1924 года рождения.
Потом они разошлись. Ульяна вышла замуж за контрабандиста, его звали Иваном (его, по-моему, посадили). Последний муж у нее был Григорий Вахрин, каппелевец, его тоже арестовали и расстреляли.
Дом деда, Александра Семеновича Полякова, в Усть-Камчатске был разделен на две половины. Зимой переезжали в теплую половину, в другой хранили муку, крупу, сахар, рис, чай, растительное масло в железных банках.
Знала Цюрупу Александра Владимировича, он был агрономом, в начале тридцатых годов его направили на работу в Козыревский совхоз. Там он женился на Нине Сергеевне Марковой, работавшей продавцом в местном магазине. У них были дети - Сергей и Виктор.
Через несколько лет Цюрупу перевели из Козыревского совхоза в Усть-Камчатск, где он работал в должности старшего агронома райземотдела в райисполкоме. Семья жила в Усть-Камчатске на улице Левченко. Я когда училась в школе в Усть-Камчатске, то жила у них на квартире.
В Нижне-Камчатске жил Влас Петров. Он, наверно, 1917 года рождения. Его призвали в армию в 1937 или 1938 году. Вернулся, уехал жить в Мильково.
У Давида Федоровича Савинского и его жены Евдокии Кирсановны Петровой были дети: Федор, Лида, Ленина, Алла. Евдокия Кирсановна умерла рано, в возрасте 26 лет, от простуды.
Гарднера забрало НКВД в Нижне-Камчатске. Его жена потом вышла замуж за Фомина, так, по-моему, была его фамилия, и они уехали в Мильково.
Кроме того, в Нижне-Камчатске жили Аполлон и Михаил Поповы.
В магазине торговал Петр Мутовин, женатый на Марии Антиповне Савинской. У них были дети: Владимир, Георгий, Агриппина, Мария и Николай. Его дети от второго брака: Виктор, Татьяна, Галина, Николай, Алевтина.
Анисья Антиповна Савинская вышла замуж за Семена Сновидова.
Другой Сновидов - Иона Федорович, был председателем Усть-Камчатского райисполкома, его репрессировали. У него было два брата -Иван, Константин и сестра Анисья.
Мы дикий лук заготавливали на озере Ажабачьем до Петрова дня в
третьей бухте. •
В Усть-Камчатске мужики обычно рыбу ловили и сдавали на заводы, русский или японский.
У нас в доме было три ряда икон, когда кто-нибудь умирал, в фоб иконку клали.
У нас в ходу были такие камчадальские слова: «Парамацка, отвойдою», —значит, «отлуплю».
Один раз Петр Сновидов был на скотном дворе, а там мальчик играл. Вот Петр спрашивает: «Кто там?». - «Да Ванька». - «Чей?». - «Да колхозный».
Спрашивают: «Что-то Нюра — толстая стала на один бок-то».
Фелонюк Анна как-то говорила: «Ты, цо. Да не цо, купила бы цо. Да не на цо».
По-камчадальски «блудить» значит «говорить неправду», «худо-на» — «плохо, худо».
В Нижне-Камчатске стояла воинская часть. Во дворе у камчадала на доске лежала рыба. Пришел солдат и украл ее. У нас же никто и никогда не воровал, для камчадал это было очень странно.
Приехал на службу молоденький офицер. Еды ему не хватало, и он постоянно был голодным. Пришел в гости к камчадалам, его накормили ухой. Офицер говорит: «Посуда любит чистоту» - и вылизал языком всю тарелку.
В Нижнем в 1943 году приехали солдаты-пискуновцы. (По фамилии командира. -В.Б.). Они сильно дрались, взламывали двери, вели себя как бандиты.
Помню офицеров: подполковника Шинкаренко, Руденко Николая Петровича. Майор Фахрутдинов был заместителем командира по хозяйственной части.
Мы раньше очень бедно жили, можно сказать, были нищими. У нас был маленький домик, ели рыбу да картошку. Семья большая, и мама не работала, она вела хозяйство и воспитывала детей. Мама моя семьдесят два года прожила.
Я родилась в Нижне-Камчатске, там дома тогда были у всех старые, маленькие. Хотя у Сновидовых был большой дом, но они его продали, боялись, что раскулачат. В их доме сделали магазин, потом в нем одно время староверы Шурыгины жили, после них была амбулатория.
Была школа, совсем маленькая. Построили клуб, но детей было так много, что пришлось клуб отдать под шкода. Разобрали колокольню в церкви, и пристроили большой класс к старой школе, где я училась. Отец строил, Тарас Фелонюк, Мухортов.
Церковь разрушили в 1931 году. Тогда же и поп умер.
Замуж камчадалки выходили за «мурок», так русских называли.
Всего у нас в семье четырнадцать детей: девять мальчишек и пять девчонок, я двенадцатая.
Когда была русско-японская война, здесь собрали дружину из мужиков. У них берданки были, но японцы сюда не приходили, а были на западном побережье.
Каждый хозяин имел маленький огород, копали деревянными лопатами, их жестью сверху обобьют и копают.
Вставали рано. В шесть утра пастух уже гнал стадо коров.
В Нижнем была заимка верхняя и нижняя. Одну заимку звали Абрамкой.
Стайки, в которых держали скотину, камчадалы никогда рядом с домом не делали. Метров за тридцать от дома стайки ставили.
Приехали «мурки», под одной крышей все настроили, и дом и стайку.
В Усть-Камчатске были дикие пурги, много людей замерло в пургу. Сейчас пурги стали меньше.
Били уток, медведей, в хозяйстве была корова. Когда я росла, у нас были маленькие Александр и Анисифор. В двадцатых годах многие умерли от скарлатины, даже взрослые умирали.
Брат Николай рано стал рыбачить, был хорошим рыбаком, а охотиться не любил.
А брат Илья был хороший охотник, к столу то зайца принесет, то куропатку.
У меня детство было золотое, меня никто никогда не обижал.
В нашей семье не было принято, чтобы старшие младших обижали.
У меня был брат Анисифор Константинович Портнягин,1924 года рождения, ему не было и восемнадцати, когда его взяли в армию и отправили на фронт. От него приходили телеграммы: «Едем дальше, едем дальше...» и больше от него не было сообщений. Наверно, он погиб на фронте.
У нас мама говорила: «Ребятишки, надо воды принести, в стайке почистить», и мы все дружно и быстро все делали.
Отец наш не пил и не курил никогда. Мужчины в Нижне-Камчатске вообще не пили водку.
Раньше было самообложение, платили налоги.
У нас в доме был рубленый коридор, там был камин. Потом построили новый дом.
Во время войны в 1944 году уехала из Нижнего Акулина Портнягина, в 1937 году уехали Греченины.
Когда колхоз закрыли, все и разъехались. Мы уехали в 1964 году. В1968 году все уехали, кто в Николаевну, кто в Крутоберегово, кто в Усть-Камчатск. Поповы уехали в Николаевку, Никифоровы, Федор Попов - в Усть-Камчатск.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

ПОЛЯКОВЫ 23 авг 2010 00:57 #904

  • Камчадал
  • Камчадал аватар
  • Не в сети
  • Живу я здесь
  • Сообщений: 1401
  • Спасибо получено: 3
  • Репутация: 0
Любопытен сам факт появления в Сибири людей с такой фамилией -- Поляковы (другой аналог Ляховы).

Большинство историков сходятся во мнении, что в конце 16века и первой половине 17века, основным источником пополнения казачьих общин в Сибири, были так называемые "гулящие люди", то есть люди, не принадлежавшие ни к одному из сложившихся сословий, либо потерявшие по различным причинам, свой прежний социальный статус. Это могли быть и разорившиеся мелкие служилые люди, и младшие сыновья больших крестьянских семей, не имевшие своего надела, и разного рода бродяги. Обязательным признаком этих людей была их личная свобода, а основным критерием отбора являлась "обыклость" к "воинскому делу". Как правило, эти люди, еще находясь в Европейской России, сбивались в ватаги, которые заключали своего рода договор с властями - т.н. "поручные записи", где в обмен на оружие и продовольствие, обязались прибыть в Сибирь и нести там службу государеву "где укажут". По условиям таких договоров, каждый ватажник нес круговую поруку за всех членов ватаги и за исполнение ими взятых на себя обязательств. Такие присылаемые "охочие", "вольные" люди стали расписываться сибирскими властями по разным укрепленным городам, составляя их гарнизоны и зачисляясь в уже существующие там казачьи станицы, либо приписывая к иным категорям служилых людей. Так появились тюменские (1586), тобольские (1587), сургутские, березовские, тарские (1594), нарымские и кетские (1595), томские (1604), кузнецкие (1617). енисейские (1619), красноярские (1628), якутские (1632), иркутские (1652) и другие казаки. При этом, по необходимости, либо по желанию, служилые люди могли быть переведены из одной категории в другую. Так в 1652г тюменские конные стрельцы были переведены в конные казаки. основным отличием одной группы служилых людей от другой (например детей боярских от казаков), являлась величина и условия выплаты "государева жалованья". Таким образом, в первой половине 17в казачьи общины в Сибири пополнялось очень разными людьми, но близкими по своему духу к казачьей вольнице. Другим источником пополнения казачьих общин в это время стало зачисление в них ссыльных - отбывавших наказание по приговору, либо просто сосланных в Сибирь по распоряжению властей. Историк Буцинский П.Н проанализировал национальный состав ссыльных и установил, что в 1593-1645г в Западную Сибирь примерно 1500 человек, не счит ая членов их семей, из которых 650 были военнопленными (поляки, литовцы, немцы, черкасы), Зачастую будучи бывалыми солдатами, к тому же имевшими опыт общения с разного рода вольницей, в Сибири эти бывшие пленные, быстро приспосабливались к казацким порядкам и жизни на полудикой окраине. В Сибири ссыльные, попадая в сложившееся общество - войско, обретали официальный статус государевых служилых людей и их "вины" "отпускались". Такого рода ссыльных было немало и кое-где они даже составляли особые команды казаков "литовского списка". Попав в казаки, иноземцы меняли веру и оставались со своим потомством навсегда в России. Отсюда и встречающиеся часто среди потомков сибирских казаков фамилии Поляков, Литвинов, Черкасов, Хохлов. Так, в 1618 был сослан в Сибирь запорожский атаман Михайло Скиба, ставший Михаилом Скибиным. В 1674г. в красноярские казаки обращен украинский гетман Демьян Многогрешный.
http://forum.kazarla.ru/viewtopic.php?t=648&start=0&sid=229f8db28abb121f4f2b5244a5a5562d
Администратор запретил публиковать записи гостям.

ПОЛЯКОВЫ 23 авг 2010 01:26 #1301

  • Камчадал
  • Камчадал аватар
  • Не в сети
  • Живу я здесь
  • Сообщений: 1401
  • Спасибо получено: 3
  • Репутация: 0
Но в камчатской истории более известен другой казак Поляков -- Лаврентий, участник легендарного плавания в 1732 году на боте "Святой Гавриил", первыми открывшими для мира западное побережье Северной Америки --- Большую Землю или Аляску.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

ПОЛЯКОВЫ 23 авг 2010 01:29 #1452

  • Камчадал
  • Камчадал аватар
  • Не в сети
  • Живу я здесь
  • Сообщений: 1401
  • Спасибо получено: 3
  • Репутация: 0
Казачий род Поляковых был известен в начале ХХ века и Полдяковы проживали в Усть-Камчатске, хотя в "Описании земли Камчатки" Степан Петрович Крашенинников отмечал следующее:

Описание пути от Верхнего до Нижнего Камчатских острогов. (на пути от Кирганика) "Козткрог острожек, на правом берегу Камчатки, от Чачагычя в одной версте, строения в нем одна юрта, 5 балаганов, да один балаган служивого Полякова. Ясашных иноземцов 6 человек, в том числе 4 собольника, тоион Халечь".
С.П. Крашенинников, "Описание земли Камчатки", М-Л, 1949 г., стр.656.

Но казаки были служилыми людьми и потому жили там, прикажут.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

ПОЛЯКОВЫ 23 авг 2010 01:32 #1575

  • Камчадал
  • Камчадал аватар
  • Не в сети
  • Живу я здесь
  • Сообщений: 1401
  • Спасибо получено: 3
  • Репутация: 0
Поляковых (Дмитрия и Петра) мы видим в составе Усть-Камчатской дружины, оборонявших восточное побережье полуострова в период русско-японской войны 1904-1905 гг.
Администратор запретил публиковать записи гостям.
  • Страница:
  • 1
  • 2
Время создания страницы: 0.323 секунд