Кировский рыбокомбинат

Камчатский берег начал стремительно развиваться с конца 1920-х годов. Сначала был построен в Усть-Камчатске в 1927 году Первый завод, затем в 1928 году --Второй (в Усть-Камчатске) и Третий в устье реки Озерной (ныне РКЗ-55), а к 1936 году на полуострове было уже 16 государственных рыбоконсервных заводов.
Об образовании Кировского рыбокомбината, заводов и поселков, входящих в него, у нас есть подробный материал, который находится по адресу http://www.fishkamchatka.ru/?cont=long&id=14703&year=2009&today=14&month=01&title=%CA%E8%F0%EE%E2%F1%EA%E8%E9+%F0%FB%E1%EE%EA%EE%EC%E1%E8%ED%E0%F2
Кировский рыбокомбинат
Предисловие
Рыбные промыслы на западном берегу Камчатки в районе устья р. Воровской действовали с начала ХХ в. Участки на морском берегу здесь арендовали японские промышленники, в реках работали отечественные предприниматели. Такое деление было предусмотрено русско-японской рыболовной конвенцией, заключенной после русско-японской войны.
В 1907 г., в первый год действия конвенции, промысловые участки посещали совершавшие регулярные рейсы суда "Товарищества пароходных предприятий на Дальнем Востоке". С 1908 г. в район р. Воровской заходили пароходы Добровольного флота. Здесь, в двух с половиной верстах от устья реки, в водах, изъятых от действия конвенции, расположился в 1909 году промысловый участок русского предпринимателя А. П. Надецкого.
В 1910 г. поездку по Камчатке совершил высший дальневосточный администратор - генерал­губер­натор Приамурья П. Ф. Унтербергер. Вот в каком состоянии он нашел участок А. П. Надецкого. "Промысел поставлен на широкую ногу. Устроена крытая пристань для подхода кунгасов и чистки на ней рыбы, ряд шалашей для жилья ста тридцати рабочих - все корейцы, русские подданные, как о том заявил Надецкий, - склад продуктов, крытый железом, две палатки для жилья хозяина и приказчиков, временный ледник, погреб, икряный сарай, бунты соли, бунты соленой по японскому способу рыбы и т. д. По заявлению владельца, 4 августа было наловлено 250 000 шт. рыбы, в том числе 1 800 шт. чавычи, весом в среднем каждая в 20 фунтов".
В 1912 г. А. П. Надецкий добыл на своем участке 385 902 шт. лососей различных пород. Наибольшее их число (334 370 шт.) пришлось на долю горбуши. Для европейского рынка из этого улова приготовили 10 347 пудов соленой рыбы и 908 пудов засоленной "русским" способом, то есть зернистой, икры. На азиатский рынок отправились 176 000 пудов рыбы сухого стопового "японского" посола.
Надецкий постепенно и последовательно обустраивал свое хозяйство. В 1913 г. смотритель рыболовства А. А. Архангельский отмечал, что его промысел вскоре "станет образцовым на западном берегу Камчатки".
По сравнению с 1910 г. здесь изменилось многое: для рабочих был построен деревянный крытый оцинкованным железом барак, "достаточно большой, светлый и удобный для жилья, по своим качествам - первый на западном берегу Камчатки". Кроме барака, для рабочих построили кухню и сушилку для белья.
Из промысловых построек в 1913 г. появились два деревянных крытых оцинкованным железом ледника: один для хранения икры, другой - для рыбы, посоленной "семожным способом". Была построена постоянная пристань на сваях и примыкающая к ней деревянная крытая железом икрянка. Для вытаскивания на берег рыбы имелся деревянный скат на сваях. Соорудили и деревянный, также крытый оцинкованным железом, сарай. Все промысловые постройки соединялись узкоколейной железной дорогой.
Смотритель рыболовства полагал, что "по удобству промыслового оборудования лучшего желать пока нечего… уже и теперь промысел Надецкого займет первое место по своему оборудованию среди западно­камчатских промыслов".
В 1913 г. на морских участках, расположенных выше и ниже устья р. Воровской, действовали 16 морских промысловых участков, сдававшихся в аренду японским промышленникам на трехлетний срок. Арендная плата за 1913 г. с этих промыслов составила 36 703 рубля. Самую большую цену - 5 622 рубля - заплатил Кячигоро Комея.
Промысел Надецкого работал и в 1918 г.
В 1921 г. на двух морских участках "Воровской 171л" и "Воровской 171д" действовали два рыбоконсервных завода, принадлежавших крупнейшей японской фирме "Ничиро". В следующем 1922 г. эта фирма произвела здесь 1 400 ящиков крабовых и 13 000 ящиков лососевых консервов общим весом 28 000 пудов. Здесь же заработал отечественный заводик Торгового дома "Бринер и Ко", выпустивший 13 450 ящиков рыбы весом 26 900 пудов.
В 1929 г. в устье р. Воровской Всекопромрыбаксоюз построил рыбокомбинат, который в мае 1933 г. вошел в состав созданного летом 1927 г. Акционерного Камчатского общества (АКО) и до 1934 года носил название "Воровские рыбные промыслы". Одновременно АКО приняло промысловую базу частной фирмы "Дальрыбопродукт", включив ее в состав комбината. В 1934 году предприятие переименовано в "Воровской рыбопромышленный комбинат АКО".
В середине 1930-х гг. АКО разрабатывало "Набросок схемы первого варианта третьей пятилетки". В нем предусматривалось, что за этот период будет построено пять новых рыбоконсервных заводов, один из которых предполагалось возвести в Воровском рыбокомбинате. При каждом заводе намечалось иметь холодильник японского типа.
11 апреля 1936 г. народный комиссар пищевой промышленности СССР А. И. Микоян подписал приказ № 835 о создании Камчатской комплексной экспедиции, которой следовало провести изыскания с целью устройства на побережьях полуострова баз размещения рыбной промышленности и портов. Приказ предписывал экспедиции изучить "перспективы развития консервной промышленности по всему западному побережью" и, в частности, провести обследование и изыскания с целью организации на р. Воровской рыбоконсервного завода. Но такой завод в составе комбината появился только в послевоенные годы.
В 1937 г. предприятие получило название "Рыбокомбинат имени С. М. Кирова" в честь убитого в 1934 г. "любимца партии" или "Кировский рыбокомбинат". Во второй половине 1930-х гг. на Камчатке началось активное "закрепление" работников, ранее приезжавших на сезонную работу. Только зимой 1938 г. на комбинате "закрепилось" 440 рабочих, среди них 35 стахановцев и 175 ударников.
Осенью 1939 г. в Петропавловск пришел новый, только что построенный в Англии, пароход "Коккинаки". Он привез оборудование для пяти холодильников, один из которых предназначался для Кировского рыбокомбината.
Построенный холодильник представлял собой деревянное брусчатое здание без изоляции. Для защиты от обильных атмосферных осадков его стены обили кровельным железом. Перекрытия были выполнены из дерева и имели засыпку из древесных опилок. Холодильник имел рассольную систему охлаждения с применением хлористого кальция. В качестве источника искусственного холода использовались абсорбционные установки ленинградского завода "Продмаш". В состав холодильника входили стеллажная сухая морозилка производительностью 20 т в сутки, упаковочное помещение, три камеры хранения общей емкостью около 500 т.
Привод всех механизмов осуществлялся от двух двигателей фирмы "Болиндер" мощностью по 35 л. с. постройки астраханского завода. Для обеспечения генераторов холодильных установок паром были установлены два жаротрубных котла конструкции В. Г. Шухова с поверхностями нагрева по 18 кв. м. В машинном отделении была своя электростанция - генератор переменного тока мощностью 18 кВт. Привод водоаммиачных и рассольных насосов осуществлялся через ременную передачу.
В 1943 г. в состав рыбокомбината входили три рыбозавода и один холодильник. Рыбу они получали с пяти морских промысловых участков. Кроме этого, комбинат снабжали сырцом колхозные рыбаки, добывавшие его в реке.
Осенью 1945 г. хозяйство комбината заметно расширилось за счет передачи ему ликвидированных после скоротечной советско-японской войны японских промыслов. 6 сентября 1945 г. был подписан приказ о вхождении в состав предприятия заводов № 20, 19, 18 и рыбопромысловой базы на участке № 754. Руководство ими поручалось А. А. Антонову, В. Т. Сафонову, И. М. Колбасину и В. П. Павлову. Так в составе Кировского рыбокомбината появилось рыбоконсервное производство, размещавшееся на бывшем японском заводе № 20.
При подготовке путины 1946 г. рыбокомбинат, имея острый недостаток промыслового снаряжения, пополнял его за счет вновь принятых заводов и базы. С вновь принятого завода № 18 были взяты десять кунгасов, четыре катера, моторы, токарный станок и другое оборудование.
7 января 1947 г. секретарь Соболевского райкома ВКП(б) М. Нуждин писал областному руководству в "Докладной записке об освоении вновь принятых рыбных предприятий в Соболевском районе" о том, что "такая практика изъятия оборудования… создает дополнительные трудности в восстановлении и эксплуатации этих предприятий, создает безответственность за состояние этого хозяйства со стороны директоров комбинатов и может привести к демонтажу оборудования".
Он полагал целесообразным обязать Главкамчат­рыбпром строго запретить изымать с вновь принятых предприятий имущество, а на их базе создать два самостоятельных рыбокомбината за счет выделения их из состава Кировского. В них могли войти Брюмкинский с центром на рыбозаводе № 1 и Соболевский с центром на бывшем японском рыбоконсервном заводе № 20.
Для подготовки квалифицированных рабочих для рыбной промышленности наследник АКО Главкамчатрыбпром предполагал организовать в 1946 г. на Кировском рыбокомбинате школу фабрично­заводского ученичества.
А вот небольшая зарисовка о том, как зимой 1946 г. на рыбокомбинате шла подготовка к выборам в Верховный Совет СССР. "На рыбокомбинате им. Кирова агитаторы товарищи Кайгородов, Ослапов, стараясь сделать свои беседы более интересными для избирателей при разъяснении Сталинской конституции - раздела "Основные права и обязанности граждан" - пользовались художественной литературой. Они прочитали отдельные отрывки для избирателей из произведений Некрасова "Кому на Руси жить хорошо", Горького "Мать". При разъяснении избирательной системы советского государства агитаторы использовали как сопоставление с избирательной системой капиталистических стран произведения Ильфа и Петрова "Одноэтажная Америка", Марка Твена "Как меня выбирали в губернаторы"".
В 1947 году все базы переименованы в рыбозаводы с присвоением им, а также рыбоконсервным заводам, новой нумерации с севера на юг: РЗ №1; РКЗ №3, № 38; РЗ №2, РЗ №3; РКЗ № 39; РЗ № 4; РЗ № 5; РЗ № 6; РК № 3, РКЗ № 40 и РЗ № 7.
В 1951 году было начато строительство рыбоконсервного завода № 26 на территории бывшего рыбозавода № 5, пробный пуск которого осуществлен в 1953 году, но производственная программа доведена ему не была, так как начинается общее сокращение производства береговых рыбоперерабатывающих предприятий Камчатки.
В середине 1950-х гг. рыбокомбинат им. С. М. Кирова включал рыбозаводы № 26, 38, 39, 40, имевшие четыре консервных цеха с годовой мощностью 16 375 туб лососей, 900 туб крабов и 1 350 туб закусочных консервов. На заводах в общей сложности стояли десять консервных линий, выпускавших "плоский фунт" и три линии, производившие "высокий фунт". Так по форме консервной банки назывались вырабатывавшиеся здесь консервы. При этом вся рыбопромышленность Камчатки могла в год произвести 137 000 туб консервной продукции.
В 1955 году вследствие сокращения штатов и перехода рыбозавода № 1 на сезонную работу заводам комбината, расположенным на узкой песчаной прибойной полосе на протяжении 40 километров, присвоена новая нумерация. Все эти предприятия подвергались достаточно серьезным штормовым разрушениям со стороны моря. В марте 1955 г. в ноябре 1955-1958 гг. штормом были разрушены ряд жилых и производственных зданий, консервные заводы и складские помещения. Связь между предприятиями была нарушена.
К концу 1956 г. холодильное хозяйство комбината включало шесть холодильников с мощностью морозилок по 20 т в сутки. Их условная емкость составляла 1 400 т. В 1956 и 1957 гг. были сооружены два новых холодильника деревянной брусчатой конструкции с условной емкостью 870 т каждый.

Последствия дрифтерной катастрофы
(по материалам государственного архива Камчатского края)

1948 - 1955 годы

Фонд 88, опись 1, ед. хран. 584, л. 132
Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 10 июня 1948 года поселок рыббазы № 2 был переведен в рабочий поселок и образован Кировский поссовет.
Поселок рыббазы № 2 в то время был крупным населенным пунктом и являлся Центральной базой рыбокомбината имени Кирова. Еще в 1954-1955 г. в силу производственных особенностей рыбоконсервный завод № 26 стал развиваться более активно и превратился в рыбокомбинат имени Кирова

1957 год.

Фонд 88, опись 1, ед. хран. 584, л. 146-150
Рыбокомбинат им. Кирова в целом занимается добычей и обработкой рыбы - население проживающее на территории - рабочие и служащие. Сельским хозяйством рыбокомбинат не занимается, за исключением того, что имеется подсобное хозяйство.
В связи с этим Кировский поселковый совет ходатайствует об отнесении населенных пунктов: базы №1, 2, 3, 4,5, 6, 7, а также подсобные хозяйства Сельхозферму и кирпичный завод к категории рабочих поселков, центром которых считать базу №5, так как все перечисленные населенные пункты относятся к одному и тому же рыбокомбинату.
Базы расположены на кошке - берегу Охотского моря, в восточной части проходит речка Воровская и Лиман…
Расстояние между базами: от 5-ой первая - 28 км, вторая 24 км, третья 10 км, четвертая - 4 км, шестая - 8 км, седьмая - 20 км, кирпичный завод - 12 км и Сельхозферма - 15 км. Всего населения на всех базах (без учета сезонных рабочих) 5854 человека в том числе рабочих 2030 человек, служащих 375 человек, колхозников и членов промысловых артелей нет. По базам на первой - 239 чел., на второй - 681, третий - 1232, четвертой - 865, пятой - 1689, шестой - 395, седьмой - 502, кирпичное производство - 57, Сельхозферма - 194.
На территории Кировского поссовета имеются:
Рыбокомбинат имени С.М. Кирова, управление комбината находится на 5-ой базе, в отдельности по поселкам из промышленных предприятий имеется:
На базе № 1,2 - рыбоконсервный завод, на 4-ой базе рыбоконсервный завод, на 5-ой и 6-ой базах рыбоконсервный завод, на 7-ой базе рыбозавод, Сельхозферма занимается подсобным хозяйством; кирпичный завод - выработкой кирпича, кроме того на 5-ой базе располагается строительно-монтажное управление Камчатстроя, в котором рабочих 202 человека, служащих 22 человека.
По рыбокомбинату добыча рыбы на 6-ую пятилетку по сравнению с 5-ой пятилеткой увеличивается на 37063 т. цен. Прирост производства важнейшей продукции и капитальные вложения в шестой пятилетке увеличиваются по сравнению с пятой пятилеткой на 6834 т.р., в том числе за счет улучшения использования мощностей, механизации и интенсификации производства, замены, реконструкции оборудования и других оргтехнических мероприятий на 4365 т.р. За счет строительства новых и расширения действующих цехов на 8658 т.р. Все рыбоконсервные заводы т рыбозаводы согласно перспективного плана в будущем перейдут на хозяйственный расчет. Строительно-монтажное управление является подрядной организацией и перспективы развития СМУ зависят от перспектив рыбокомбината. Жилых домов всего 238, СМУ-3 - 10 домов, рыбкоопа - 9, в личной собственности граждан - 3 дома. Всего жилой площади 25269 кв. м. На территориях населенных пунктов имеется: больницы на базе 5-ой на 25 коек, на базе № 3 на 15 коек, на всех остальных базах имеются фельдшерские пункты, всего - 6 фельдпунктов. Имеется 10 школ, средняя с интернатом на базе № 3, на базах 2,3,5,6 семилетние, на базах 1,4, с/ферме, кирпичном и базе 7 нач. школа.
Всего школ 10, в том числе средняя одна, семилетних 4, начальных 5 и два интерната при средней школе и при корейской школе. Детских яслей 3. На базе № 5 на 45 коек, на базе № 4 на 35 коек, на базе № 3 на 30 коек, детские сады на базах 2, 3, 4, 5,7 всего на 85 коек. Библиотеки 2, городская на базе № 5 и библиотека завкома на базе № 3. Магазины есть на всех базах. Правление рыбкоопа на 3-ей базе. Имеются парикмахерские на базе № 3- 5, пошивочная мастерская, пекарни на всех базах. Клубы на всех базах. Строительство клуба на базе № 5 запланировано на 1957 г. Бюджет поссовета по доходам и расходам на 1958 год предполагается в объеме 3200 т.р. Помещение для поселкового Советьа имеется на 5-ой базе, которое соответствует размещению поселкового Совета.

Фонд 88, опись 1, ед. хран. 584, л. 140
Указом Президиума Верховного Совета РСФСР в 1947 году был образован Кировский поселковый Совет, с отнесением к категории рабочего поселка рыбозавод № 3 рыбокомбината им. Кирова. В то же время рыбокомбинат состоял из рыбозаводов №№ 1, 2, 3,4,5,6,7.
В 1955 году управление рыбокомбината перешло на рыбозавод №5 (РКЗ № 26), а также одновременно были перенесены все государственные и другие учреждения, в т.ч. и поселковый совет.
…Кировский поселковый совет был образован на территории и на населенных пунктах рыбокомбината им. Кирова.
Рыбокомбинат имени Кирова состоит ныне из взаимосвязанных и взаимозависимых следующих рыбозаводов.
Рыбоконсервный завод № 38 с промышленным участком (т.е. бывшие рыбозаводы №№ 1,2)
Рыбоконсервный завод № 39 (быв. р/з № 4)
Рыбоконсервный завод № 26 (быв. РЗ № 5) с промышленным участком.
Рыбозавод № 1 (бывш. РЗ № 3)
Рыбозавод № 2 (бывш. РЗ № 7)
Кирпичный завод (ныне филиал РКЗ № 26).
Сельхозферма

1958 год.

Фонд 88, опись 1, ед. хран. 584, л. 148-150
"В населенных пунктах, включаемых в черту рабочего поселка, расположены следующие промышленные предприятия, административные, социально-культурные учреждения:

Пос. промучастка РКЗ № 26
Холодильник № 10, засольный цех, икорный цех

пос. рыбоконсервного завода № 38
Промпредприятия: холодильников - 2, консервный завод № 38, утильзавод № 8, икорный цех.

пос. рыбоконсервного завода № 39
Промпредприятия: холодильник № 14, консервный завод № 39, закусочный цех, икорный цех.

пос. рыбоконсервного завода № 26
Промпредприятия: консервный завод № 26, засольный цех, икорный цех, строительно-монтажное управление.

пос. промучастка РКЗ № 26
Промпредприятия: рыбообрабатывающая база.

пос. рыбозавода № 2
Промпредприятия: холодильник № 15, засольный цех, икорный цех

1959 год.

Фонд 88, опись 1, ед. хран. 405, л. 26 - 44
В связи с отсутствием наименований ряда населенных пунктов Соболевского района, что затрудняет их обслуживание органами связи, руководствуясь Декретом ВЦИК и СНК РСФСР от 30 августа 1926 года "О порядке регистрации и наименования вновь возникающих поселений", исполком областного Совета депутатов трудящихся решил:

Зарегистрировать и присвоить наименования следующим населенным пунктам Соболевского района:

Поселку, возникшему при рыбоконсервном заводе № 38 рыбокомбината им. Кирова - п. Кедровый (сельского типа).
Поселку возникшему при рыбоконсервном заводе № 39 рыбокомбината им. Кирова - поселок Лиман (сельского типа).
Усадьба колхоза "Им. 1-го Мая" - село Устьевое.
Поселку возникшему при сельскохозяйственной ферме рыбокомбината им. Кирова - село Тальниковое.

Объяснение по наименованиям населенных пунктов в Соболевском районе
По рыбокомбинату имени КИРОВА
1. Рыбоконсервному заводу № 38 присвоить название поселок "Кедровый" в связи с тем, что по близости протекает речка под названием Кедровая.
2. Рыбозаводу № 1 дается название поселок "Заречный" по той причине, что населенный пункт расположен за речкой.
3. Рыбоконсервному заводу № 39 название дается поселок "Лиман" исходя из того, что населенный пункт расположен у лимана.
4. Рыбоконсервному заводу № 26 (Кировский комбинат, центральная база) присвоить название поселок "Кировский" исходя из названия комбината.
5. Рыбозаводу № 6 присваивается название поселок "Устьевой", исходя из того, что завод расположен на устьях.
6. Сельхозферме комбината имени Кирова название село "Тальниковое" присваивается в связи с тем, что ферма расположена в тальниках.

Справка о количестве населения в населенных пунктах Соболевского района
По рыбокомбинату им. Кирова

1. Консервный завод № 38 - 493
2. Рыбозавод № 1 - 774
3. Консервный завод № 39 - 545
4. Консервный завод № 26 - 1455
5. Рыбозавод № 6 - 355
6. Сельхозферма - 166

1961 год

Фонд 88, опись 1, ед. хран. 584, л. 131
"Во изменение решения № 154 от 28 марта 1961 года, в связи с перебазированием большинства населения из рабочего поселка Кировский (бывшей рыббазы № 2) в поселок РКЗ-26 комбината имени С.М. Кирова и учитывая, что там находятся основные культурно-бытовые, детские, учебные, медицинские учреждения и производственно-технические сооружения, а также учитывая дальнейшую перспективу развития рыбозавода, исполком областного Совета депутатов трудящихся решил:

1. Отнести поселок РКЗ-26 рыбокомбината имени С.М. Кирова Соболевского района к категории рабочих поселков, присвоив ему наименование - рабочий поселок "Кировский".
2. Отнести рабочий поселок Кировский Соболевского района к категории сельских поселений и именовать его впредь поселок "Прибойный".
3. Передать в административное подчинение поселкового Совета депутатов трудящихся рабочего поселка "Кировский" следующие населенные пункты: Прибойный, Устьевое, Лиман, Кедровый, Тальниковое, Русь и поселок при кирпичном заводе.

1962 год

Фонд 88, опись 1, ед. хран. 583, л. 25-33
В связи с ликвидацией расположенного в пос. Южном рыбконсервного завода, часть население до 1 октября 1962 года будет переселена на другие заводы Крутогоровского комбината, часть населения будет сокращена с выездом за пределы района.
…В селе Охотском проживает 20 человек, которые будут до 1 сентября 1962 года переселены в с. Русь.
Рыболовецкая артель "Рассвет" расположенная в с. Охотское объединилась с рыболовецкой артелью "Октябрь", в связи с этим колхозники рыбартели "Рассвет" переселены на территорию колхоза "Октябрь" в село Русь и Устьевое.
…Впредь сельсовет именовать Русинским.
На территории сельсовета насчитывается 550 человек населения, в основном колхозники и их семьи.
На территории сельсовета расположены две восьмилетних школы, две сельских библиотеки, два сельских клуба, два фельдшерских пункта, детские ясли, два магазина, две пекарни, почтовое отделение.

1964 год

Фонд 88, опись 1, ед. хран. 732, л. 180
Соболевский райисполком обратился с просьбой об исключении из учетных данных населенных пунктов: поселка Прибойного, находящегося в административном подчинении Кировского поссовета…

Поселок Прибойный расположен на берегу Охотского моря в 10 км от Кировского поссовета и 12 км от районного центра - села Соболево. Из производственных предприятий в нем имелись: рыбозавод № 2 и холодильник № 13 рыбокомбината имени Кирова. В связи с тем, что рыбозавод № 2 и холодильник № 13 с 1 сентября 1964 года были закрыты, проживающее в поселке население переехало в другие населенные пункты, и в настоящее время, кроме семьи сторожа, там никто не проживает.

Населенные пункты, исключенные из учетных данных с 1957 по 1.Х.70 года по Камчатской области
Соболевский район

с. Березовка 11.XII. 64 г.
п. Кедровый 14.II. 64 г.
п. Кирпичный завод 14.II.64 г.
с. Лиман 10.IV. 68
п. Прибойный 11.XII. 64
с. Охотское 14.II.64
с. Русь 10.IV. 68
с. Тальниковское 10.IV. 68
п. Южный 14.II. 64
Я родилась в 1965г в п.Кировский Соболевского района. Родители уехали в году 67-м. Фотографий почти нет.Узнала, что есть книга Галины Морозовой "Будем жить" (Соболево 2003).изд-во Камчатский печатный двор.2003г. В аннотации написано, что в книге есть фото из архивов семьи Нестеркиных. По рассказам мамы Нестеркина Ирина возглавляла комсомол рыбокомбината. У нее дочь Ольга. Может они сейчас   живут в Соболево, Помогите найти книгу.В интернете нашла только ссылку, а вот текста не найду никак. ПОМОГИТЕ! Это строительство моста, ещё деревянного.Теперь этот мост(уже бетонный) называют "мостом в никуда". Крайний слева мой отец Кирюхин Дмитрий Федорович.Побывать на малой родине удастся ли,не знаю,но хотелось бы узнать побольше, увидеть фото 60-х годов, может мама вспомнит кого. Помогите отыскать книгу, пожалуйста.

Attached files
А на этом фото строительство дома в Кировском. На фото второй слева сидит мой отец.

Attached files
Оля, я приветствую вас на нашем портале. Постараемся все узнать. Но многое зависит и от вашего желания и терпения.
Желание огромное, терпения хватит :)
Когда поселок разрушен до основания -- не у всякого появляется желание его вспоминать, ведь возродить уже невозможно. Лишь потом, с годами, появляется желание оказаться (хоть мысленно) рядом с родным пепелищем, чтобы вспомнить, ибо воспоминая мы познаем и осознаем САМИХ СЕБЯ.

Так что и с Кировском будет все нормально..
Ольге:

Книгу Галины Николаевны Морозовой мы нашли и она скоро будет в нашей электронной библиотеке.

Сейчас мы опубликуем на сайте те главы, которые касаются непосредственно Кировского рыбокомбината и поселка Кировского. Кстати, все ли знают, что первоначально Кировском называлась не пятая, а вторая база?

кировский и кировчане
КИРОВСКИЙ
На одной из страниц Большой Советской Энциклопедии можно найти такое определение: "Кировский, посёлок городского типа в Соболевском районе Камчатской области, на берегу Охотского моря. Крупный рыбопромышленный центр Камчатки. Рыбокомби­нат". Директором комбината в ЗО-е годы был В. Ковтун. Начинал он приёмщиком плавсредств, предположительно на Воровских рыбных промыслах, организованных в 1929 году. Нелегко было в первые годы. Работали и жили в обложенных дёрном палатках. Электриче­ства не было, рыбу солили при свете факелов. Техники тоже почти не было. В 1939 г. пришёл гусеничный трактор, мотоцикл, машины. В 1942 г. инженер Н. Ф. Чернигин изобрёл рыбонасос, который осваи­вали здесь же, на пристани.
Смен не было, работали по 12—18 часов, продукты получали по карточкам. В 1948 году рыбу уже стали ловить морскими ставными неводами из моря, солили сухим посолом и всегда отправляли только первым сортом, хотя пароходы ходили редко. В эти же годы появились засольные и икорные цеха, а в 1949 году начали строить посёлок на песчаной косе, удобно расположенный по отношению к районному центру. В этом же году на РКЗ-38 был построен цех, который через год стал выпускать рыбные и крабовые консервы. Рыбокомбинат и его базы располагались на узкой песчаной косе на протяжении 40 километров. Слабые почвы позволяли морю размы­вать берег, промоины затрудняли связь, создавали бездорожье, и сезонные базы постепенно приходили в упадок, закрывались одна задругой. В марте 1955 г. и в ноябре 1957 г. штормами разрушило ряд жилых и производственных зданий, консервные заводы, склады. При этом погибло много рыбопродукции, убыток составил 12 млн.
рублей. Центр жизни переместился непосредственно в посёлок Ки­ровский, расположенный в 12 км от райцентра Соболево. Он стал морскими воротами района, получил статус посёлка городского типа. В 70-е годы здесь были построены 7 тысяч квадратных метров жилья, два 36-квартирных благоустроенных дома, ясли, два холо­дильника, электростанция, котельная, механический и бондарный цех, столовая. Строился консервный цех, водозабор. В то время в посёлке проживало чуть более тысячи человек.
Но море продолжало наступать. Были предприняты попытки за­щитить жилые и производственные объекты береговыми укрепле­ниями. Вдоль береговой полосы в песок вбивались брёвна, связан­ные канатами; вдоль больницы тянулся бетонный волнолом. У электростанции была сварена из металлических шпунтов глухая стена, поддерживаемая старыми, плашкоутами. Была предпринята попытка возвести бетонную стену у складов рыбкоопа, которые уже пострадали от штормов, но она обернулась трагедией — подмы­тая морем стена рухнула и погребла под собой четырёх строителей. Затем пришел в негодность волнолом, и больницу стало заливать водой и песком, но, ещё надеясь на лучшее, её очищали от песка и продолжали работать. В один из штормовых дней рухнула подмытая морем стена, и больницы не стало. Вымываемые из песка брёвна были неплохими таранными орудиями свирепых волн, пробивая стены бараков и деревянных домиков. Но завод продолжал рабо­тать, перенося оборудование из разрушенных цехов на морской стороне в здания и помещения на берегу реки. В 1977 г. рыбокомби­нат потерял свой статус и стал рыбозаводом. Началось постепенное, по мере строительства новых объектов на материковой части в селе Устьевом, его расформирование... В 1988 г. там были построены два холодильника, приёмо-разделочный цех, административно-быто­вой корпус, водовод, котельная, 6 221 квадратный метр благоуст­роенного жилья. Рыбу приходилось принимать и обрабатывать сразу в трёх точках: на сезонной базе Пымта, в недостроенных цехах Устьевого и в оставшихся мощностях Кировского. К 1990 г. плани­ровалось построить приёмную пристань, трёхэтажный детский сад, столовую, магазин. Планам этим сбыться не удалось.
Сегодня, проехав из Соболево по бетонному мосту на косу, можно увидеть жалкие остатки всего одного дома, который с бере­га реки вымыт на берег моря. Это всё, что осталось от посёлка Кировский, рыбопромышленного центра, морских ворот района, его красы и гордости.
Четверть века назад "Камчатский комсомолец" опубликовал мою бесхитростную оду Кировскому. "Ты стоишь на самом краешке земли, на маленьком песчаном кусочке, похожий на старый, хоро­шо послуживший людям кунгас. Охотское море плещет волнами в твои борта, засыпает тебя песком, но ты чудом держишься. Утром на песчаном листке прибоя отчётливо читаются иероглифы чаячьих писем, а длинная строка окающих и акающих следов пропадает за горизонтом — пограничники с собакой прошли. Молодые МРСки доверчиво прижимаются к тебе бортами, спасаются от непогоды, а ты мигаешь им разноцветными огнями — не трусьте, братцы, со мной не пропадёте. Любопытные нерпы заглядывают в двери до­мов: как живёте-можете? За рекой тундра разбросала свои пыш­ные, мягкие ковры, с неброскими узорами, корявые берёзки ма­шут ветками, делятся новостями, а ты слушаешь снисходительно. Откуда знать им суровый нрав моря: далеки они от него.
Как ты стал мал, как зияют пробоины в теле твоём! Но ты дорог всем и серый от пыли, и седой от снега. Я прохожу по единствен­ной твоей улице, и ты встречаешь меня любопытными глазами окон, за которыми люди живут наперекор стихиям. Невдалеке от тебя посёлки благополучные — живут спокойно, и даже цветами украшены их улицы, но ты роднее, дороже, памятнее. Смотри, люди не в силах тебя оставить, волею обстоятельств они поменяли тебя на благополучных, но едут и едут, чтобы постоять у старого дома, попить чаю с соседями и вспомнить былое. Они не предали тебя: в душе каждого ты живёшь прежний. Жизнь твоя так похожа на легенду, и в честь тебя слагают поэмы. Смотри, в яростный рёв осеннего шторма вплетается крик новой жизни — кировчанин ро­дился! Расти, малыш, будь смелым и добрым, береги этот посёлок в сердце твоём, ибо он дал тебе жизнь, заслонил ладонями от штормов и бурь. Смотри, море щедро одаривает тебя серебром, буд­то платит дань за все беды твои. Всё это твоё, мой Кировский: сущность и жизнь. И я склоняю голову перед мужеством твоим и не стыжусь невольных слёз".
Такого посёлка нигде и никогда не было. И не будет. Зажатый между морем и рекой, он жил отчаянно взахлёб, приговорённый к исчезновению. Он был похож на белый пароход, устремлённый в будущее, но застигнутый и потрёпанный штормами, ушёл на дно как Атлантида, славным прошлым.
Кого только не заносила судьба на этот кусочек суши! Но они не делились на сословия и слои, а оставляли единую великую общ­ность — кировский народ, который бросал в лицо невзгодам "Нас не пугают злобные цунами и на дома ползущая шуга. Наделены мы нервами из стали, сердцами из алмазов и огня". Вопреки поэтичес­кой метафоре сердца были живыми и добрыми, души отзывчивы­ми, а дружба — вечной. Расселённые, кировчане не растворились, не утратили своей особинки. Мечены они ею навек.
ВОЖАКИ
Тридцать пять лет тому...
Открываю дверь небольшой комнаты в общежитии с вывеской "Комитет ВЛКСМ":
Здравствуйте. Мне бы на учет комсомольский встать.
Давай познакомимся. — Я секретарь Возисов Владимир. На
учет, говоришь? А что ты умеешь делать?
Лечить... — и растерялась, — стихи читать, петь...
П-е-е-ть? А ну, давай попробуем, только баян возьму.
Что — вот здесь, сейчас?
— Почему бы и нет? Ко Дню молодежи готовимся, артисты
нужны позарез.
Так и спелись. В Кировском — три комсомольских организации: школьная, территориальная и главенствующая — заводская. Вожак "территориальный" — Возисов на подъем легок, на решения скор, на лица и дела памятлив.
Из благодарственного письма: "В день вашего рождения примите поздравления и пожелания от имени всех комсомольцев. Желаем вам вечного комсомольского огонька в общественной работе и ус­пехов в труде на благо нашей Родины".
В клубе — общее собрание комсомольцев и молодежи. Удивило: без президиума и длинных речей. В конце его встал секретарь Артур Чегодаев и завершил прения просьбой:
— Ребята, заводу срочно нужны ящики для продукции, а они
под снегом. Поможем?
На заводских задворках — снежный Казбек. К нему и подсту­питься-то страшно. Но замелькали лопаты, полетел в стороны снег, и только треск вокруг — один за другим стали выстраиваться
штабеля ящиков. Руки, спина гудят от напряжения, но какой же субботник без песен до хрипоты и шуток?
Пока работа кипела, в огромном бачке бурлили запахи: для нас варили крабов — "морально-материальный стимул".
Не успела душа от одного субботника отойти, как на дверях клуба в человеческий рост объявление: "Комсомолец! Тебя ждет серебристый минтай. Он — валюта для страны и ценное лекарство. Приходи завтра к проходной завода к 9 часам." Ну как не пойдешь после такого призыва? В цехе холодно, ветер гуляет. Обработка минтая вручную, даже без ножей — чтобы не повредить печень и икру. Рвешь пальцами податливое брюшко: икру влево, печень вправо. Рыба, рыба, рыба... В глазах рябит, пальцы немеют. И вдруг: "Под железный звон кольчуги, под железный звон кольчуги, на коня верхом садясь", — запел один, другой подхватывает слова, и вот уже быстрее и быстрее движутся руки. Даешь валюту! Еле воло­ча ноги, вечером тянемся к проходной. А там директор И. А. Велиц-кий: "Спасибо, ребята! Что бы мы без вас делали, мои дорогие!" Гляди-ка, распрямились, грудь вперед, и гордой походкой вдоль улицы. А потом — забыта усталость, холод, рыба — танцы же в клубе! Поначалу убогость оркестра вызывала ехидные усмешки: баян, тарелка да пионерский барабан. Но глаза боятся — руки дела­ют. Художник Г. С. Викторов с Артуром Чегодаевым, недолго ду­мая, соорудили "контрабас" — огненно-яркий фанерный цилиндр, с натянутым шпагатом. В райцентре смеялись до упаду. Но зауважа­ли: "голь" на выдумки горазда!
Да, они не обладали блестящей эрудицией, но несли на себе бремя ответственности, долга и чести. Чего греха таить — в Артура была влюблена вся "слабая" половина комсомольской организации. Его прочно уважали парни. Да разве могло быть иначе? Все и вся — на равных. А когда наш секретарь выходил на сцену — зал замирал. Без микрофона, перебирая струны старенькой гитары, он начинал проникновенно: "Лодка диким давлением сжата. Дан приказ: диф­ферент на корму..."
И была в том несбывшаяся мечта о море, на берегу которого он жил. Любимое слово Чегодаева — надо. Не любил секретарь хвалить и хвалиться, не блистал ораторским искусством, но за ним шли в работу и в песню, слово его ценили. Когда проводили его "на мате­рик" — с ним ушло что-то цементирующее, не суесловное...
Та двухлетка была "нашествием" молодых специалистов. В школе появились Татьяна Фомченко (Судакова), Валентина Медкова (Бу-
такова), Вера Пономарева (Бугаева), Лариса Дурнова (Рабская). В детский сад получили распределение Нина Огурцова (Кислова), Татьяна Полякова (Кошелева), в больницу — Светлана Сахарова (Кузенко). Кстати, врачи тоже были выпускниками лучших вузов страны: супруги Малявины (МГМИ), Л. Н. Тимофеева (ЛГМИ), Л. В. Секарева (МГМИ).
...На смену Чегодаеву пришел Валерий Кучеренко. Петь, прав­да, не умел, но организаторскими способностями обладал сполна. С Валерием тоже ходили на субботники, но стало не хватать какой-то маленькой искорки для живого, стойкого огня. Юмора, что ли? Или мы уже стали взрослее? Даже тогдашний секретарь райкома комсомола Станислав Кожан заметил как-то на бюро: "Что-то сда­ли позиции, ребята!"
А секретари стали меняться как перчатки. Не успев осмотреться, взлетали вверх (Г. А. Суббота стал директором), становясь работни­ками районного масштаба, а повзрослевшие комсомольцы, кото­рых становилось все меньше и меньше (сокращался поселок), свое­го задора вслед идущим не привили...
ДЕЛА МИНУВШИЕ
1969 г.
После декабрьского шторма, когда стихия вывела из строя ли­нию электропередачи, в посёлке замёрзли батареи центрального отопления в общежитиях, на почте, в некоторых домах. Но своё жильё кировчане не покинули, что позволило вовремя устранять утечку горячей воды из лопающихся батарей.
Десять часов не отходили от операционного стола хирург В. А. Малявин, детский врач Л. Н. Тимофеева и операционная сестра В. Зверева, спасавшие жизнь женщины с серьёзными проблемами. Первую кровь для переливания сдали операционная сестра и хи­рург, остальные необходимые её запасы были доставлены самолё­том из областного центра. Кризиса и потери больной удалось избе­жать благодаря неустанной круглосуточной заботе о больной сестёр Л. В. Годовиковой, М. К. Шарафутдиновой, Г. В. Бирюковой и аку­шерки Л. В. Хандусь. Об этом уникальном случае сложной операции
в условиях участковой больницы писала областная газета "Камчат­ская правда".
1972 г.
Инициаторов в Кировской школе всегда поддерживали и сло­вом, и делом. Пожелали восьмиклассники вечер поэзии — сделали. Открыла вечер Т. Копняева, которая рассказала об основных на­правлениях современной поэзии. А потом гости и хозяева вечера читали стихи современных поэтов и пели песни в сопровождении музыканта Н. И. Соловых. Лучшие чтецы были награждены. Это Га­лина Ким, Ирина Шеховцева, Олег Вавровский, Ольга Стригоц-кая. А на вечере красоты, организованном старшеклассниками, были и модные одежды, сшитые Ж. Р. Юнак, и модные причёски, подготовленные парикмахером Л. А. Суворовой, и разговор о красо­тах Камчатки с художником Г. С. Викторовым, и современные бальные танцы, показанные профессионалами районного Дома культуры.
Кировский и кировчане
Первым депутатом Верховного Совета СССР и первым кавале­ром ордена Ленина был кировчанин, капитан Н. И. Шапкин.
* * *
Председателем исполкома Соболевского Совета народных депу­татов был назначен начальник Кировского стройучастка С. И. Гав-риленко.
Первым, демократически избранным главой Соболевского рай­онного муниципального образования был секретарь парткома ры­бозавода им. Кирова В. А. Пущин.
Секретарем райкома КПСС по идеологии, а затем первым заме­стителем главы района была избрана Данилина Т. В., учитель био­логии Кировской школы.
Первой и единственной учительницей в районе, награжденной медалью "За трудовую доблесть", является математик Кировской школы В. И. Бугаева.
КИРОВЧАНЕ ВЕЧНЫЙ МАРКОНИ
Радист — что артист: это на всю жизнь. Когда-то их было трое — лучших радистов полуострова: Матюшина, Кононенко и он. Живы ли остальные — бог весть. Пообщаться бы хотелось в эфире, но занедужил он в одночасье, и, пока восстанавливался, от любимой работы его отлучили. А рабочие задумки нынче покоя не дают, горбят. Растерялся он от безделья, стыдится на людей смотреть, будто виноват в чём. Неужто в том, что полвека, как муравей, таскал и таскал свои зёрнышки-изюминки, делая их жизнь немно­го краше?
В моторах понимаешь? Вот тебе два, и чтоб они у меня работа­
ли, хоть тресни! — главный инженер Сопочного рыбокомбината
И. И. Гусь шутить не любит. — А то пристроился, как девка, рыба­
кам кашеварить.
Да я на катер хотел попасть.
А это ещё посмотрим!
Спасибо святой женщине Елизавете Ивановне, что к чтению да разумению приохотила. Хоть мачехой прозывалась. По книжкам да по инструкциям совладал он, с моторами — заурчали, заработали. А раз башковит парень оказался — послали куда подальше: на одной из далёких баз радист занадобился, да чтобы ещё и механиком был. Электродвижок из строя вышел, а без него и рация замолчала. Опять он ткнулся в книжки да в инструкции — разобрал, собрал — пошло дело. А с рацией как? Опять носом в книжки да морзянкой к соседям в Тигиль и Усть-Хайрюзово — ти-ти-ти-та-та-та-выру-чайте.
Ночи текли, дни летели — глаза боятся — руки делают — к 18 годам уже свой позывной заимел — РЕВБ — узнаваемый. Скучно стало — станция работает, связь налажена. Книжки перечитаны — чем заняться? И попадись ему на складе старый колхозный ретран-
слятор — пир души! Перебрал, попаял, отрегулировал, попросил у директора помощников, протянули по посёлку линию и грянуло из динамиков: «Говорит Петропавловск-Камчатский. У микрофона Екатерина Бровенко. Передаём последние известия».
Вечером в столовой хлопали по плечам, руки жали, в гости приглашали и даже Иванычем величали — прославился. День, дру­гой, третий, неделя — опять скучно! Пароход подойдёт — радист туда — за книжками. И пластинки стал прихватывать. И когда связь не проходила, вместо диктора Бровенко пела Клавдия Шульженко. А как-то скумекал, что новости можно принять с ключа, а пере­дать с голоса, — сам вышел в эфир с чем-то важным. Вспотел весь, экал, мекал, но у кого первый блин гладкий выходит? Дальше уж само пошло как по маслу. А как-то ночью принял информацию Край ТАСС о хрущёвском займе, отнёс директору — надо как-то народу сообщить. Напечатали на машинке, расклеили. О, — удивил­ся народ, газета появилась со свежими новостями, — всё как у людей.
Рыбацкие деревянные кавасачки обычно от берега недалеко тол­кутся — гудком с берега их кличут, в рупор команды прокричат — и вся связь. А тут катера железные пошли, им на привязи болтаться не с руки — далеко в море уйдут, — не докричишься. И прислали в посёлок несколько маломощных радиостанций "Урожай" для сель-хозбригад. То ли девать было некуда, то ли ошибочка вышла, но не отправлять же их обратно. Засел Иваныч с местными умельцами за паяльники да за книги — поспорили, попаяли и выдали на-гора судовые радиостанции с дальностью 120 километров. Хватило и на катера, и в кабинет директора, и на базу — пошла связь. Удобно стало. Пришлось и в моря ходить — рации устанавливать, людей обучать. Соображалку напрягать, чтобы ладненько да складненько получалось. Ох и надоело всё! Жениться не на ком — девчат на всех не хватает. Перестукивался, правда, с одной радисткой из Киров­ского. Бывало и "88" (целую) проскакивало. Но это так, для блези­ру. Делать стало нечего. Всё — завтра заявление на отпуск и прости-прощай Камчатка, и получше места есть. Не тут-то было! Партия сказала... Ночью пришёл катер — и будь здоров отпуск, — новоор­ганизованному Кировскому тресту срочно нужен был опытный ра­дист.
И опять началось — радиостанция на сейнеры, связь на берегу. Расти начал: радист 1 класса, старший радист, начальник радио-
станции. В 27 лет его уже занесли в Книгу почёта рыбозавода имени Кирова. Да и вообще, жизнь повернулась совсем другим боком. Ра-дисточка-заочница оказалась ничего, симпатичная — чёрненькая, кареглазая, с модной причёской и каким-то цыганским привку­сом, даже фамилия — Мещанинова и подходящим именем — Галка. Околдовала! И пошли "галчата" один за другим. Первую — Ната­лью — вроде и не заметил, на втором — Борисе — уже споткнулся, и только с третьим — Вячеславом — осознал отцовство.
Но жизнь требовала своё — в практику стали входить эхолоты. И он опять навалился на книги, благо со всех концов страны их полу­чал. Пока сам до конца не разобрался, за дело не брался. А понял — стал и других учить: открыли для судоводителей класс, экзамены принимали, чтоб не стояла импортная игрушка без дела, а рыбу искала. Строптивых да консервативных приходилось и по-флотски обкладывать, хоть характер и терпеливый, — научились! Потом уж стали сейнеры оборудованные приходить — только успевай, осваи­вай. На редкость быстро новую технику Юрий Толстихин да Володя Чашников обкатали, потом и лучшими капитанами стали. Да лома­лась техника, хоть и железная. На ремонт сейнеры обычно приходи­ли по ночам. И, чтобы скрасить их ожидание, он потихоньку и к художественным книгам приохотился. Читал, читал да и понял — опыт есть, специальность освоил, нового не боится, в почёте, де­путатом избрали, а образования-то не хватает! И пошло-поехало: днём дети в школу, вечером папка за парту. Задал им перцу на всю жизнь — аттестат с отличием, похвальная грамота на руки и фото­аппарат — как лучшему ученику. Это в 43 года! Через год занесли в Книгу почёта Камчатрыбпрома, а свидетельство подписал будущий губернатор В. Бирюков.
Кировский был центром рыбодобычи, и каждый год в нём орга­низовывали штаб минтаевой экспедиции: он распределял сдачу, определял маршруты и так далее. Часто его возглавлял Виктор Пет­рович Потапенко — заместитель директора Камчатрыбпрома. И за­помнились они друг другу двумя качествами — чёткой и грамотной организацией работы: связь по всем параметрам безотказная, а экс­педиции, как правило, удачливые.
Чего только в эфире не наслушаешься во время путины! Всяк на свой лад переговаривается, порой и не разобрать — чего хочет. Умудряются даже на аварийную частоту залезать. Как и случилось однажды, когда терпел бедствие крупнотоннажный дальневосточный танкер "50 лет СССР", который повёз топливо для рыбаков острова Прибылова. Еле пробивался сигнал. "Тихо, вы", — рявкнул тогда Анатолий Иванович через мощный передатчик разом на все моря. И услышали 305 на всех широтах, поспешили на помощь, сначала американцы, а потом наш "Часовитин". Успели!
Детей приохотить к своему делу ему не довелось, взял было подросшего Бориса — учеником оформил. И как его учили в своё время: поди, мусор вынеси, передатчик протри, пол подмети. По­том смилостивился: вот тут клеммочку перепаяй. И ушёл, а когда вернулся — Борьки на голова за окошком торчала и девчатам зубы скалила. Тьфу! Так и остался при своих. На два радиста в семье — кулинар, рыбак и строитель. А может, это и к лучшему?
Двадцать лет назад из вдрызг разбитого штормами Кировского портовый пункт и радиостанцию перевезли в райцентр, а потом и вовсе передали в моррыбпорт. И стал Анатолий Иванович Сафонов просто радиотехником-монтажником. По сей час бы работал, да не пришлось.
Золотая звёздочка со знака "Почётный радист СССР", первым который получил знаменитый Кренкель, светит ему как маячок: "Не грусти, маркони. Ты прожил достойную жизнь". А кто-то в этом сомневается?
ДОЛМАТОВЫ
О друзьях очень трудно писать: тонешь в фактах как мышь в молоке. Но, поднатужившись, можно масло сбить и на поверхность всплыть. Краткость — она хоть и мачеха гонорара, но, говорят, ещё и родственница таланта.
А вначале было слово. В Кировской библиотеке ждали пополне­ние. Звоню как-то своей подруге Фаине, а голос отвечает незнако­мый. Потом, когда трубку взяла она, я этак задиристо: "Что за мымра там у вас появилась?" Та сидит рядом, слышит. Спустя эн­ное количество времени покаяние моё было принято. Да я и сама убедилась, что библиотекари-библиографы высшей квалифика­ции, да ещё Ленинградского института культуры, мымрами не бы­вают. Зато они умеют вкусно готовить, ибо студент, как солдат, — из топора кашу сварит. А потом был он.
Среди сезонных рабочих случилась потасовка с лёгкой встряс­кой мозгов. И на больничной койке очутился этакий крепенький, бравенький, чубчик кучерявый. Здоровенные "бланши" под обо­ими глазами чёрными очками прикрыты. И так он мне поначалу не понравился! Нахальный — детективчик просит почитать. Где ж его взять в больнице? На мою просьбу обслужить лежащего-болящего, подруга, конечно, сердобольно откликнулась. Вот четверть века и носит ему, читаке, детективчики. Всё было за эти годы: и радости, и сладости, и горести, и "разные у нас автобусы, у тебя другой маршрут". Дал бог сына, да тут же и отнял. Так бы и жили, друг с другом воюя. Довелось Вере немного пожить на Ставрополье — об­стоятельства сложились, а там прилепился племянник Серёжа. То ли подарки понравились, что родичи привезли, то ли сами они, отличные от сельских казаков — он и сам не знает. Но стоило Вере заикнуться об отъезде, как тут же он решительно — я с тобой. Да и то сказать — детей в доме пруд пруди, отца уже нет, а матери, недужной "по-русски" — не до них. Не будь дедушки с бабушкой — пропали бы племянники.
Приехало нечто лопоухенькое, росточку небольшого, но при­жимистое! Всё считает: и сколько стоит, и сколько денег тратится, и как можно подешевле, а годов-то с гулькин нос. Ну, думаем, свернёт на материке парень в бизнес. Ан нет — ошибочка у нас вышла, чего-то ему тут понравилось: то ли барак с одной комнатой и тесной кухней, где они жили, то ли речка, где вот такие рыбы, но оставаться на Ставрополье он уже не захотел. А тут и беда при­спела, почти осиротели ещё двое: к тому времени и бабушки, и дедушки не стало, и роднее далёкой камчатской родни у них не оказалось. Подумали мои Долматовы, выкурили по пачке сигарет, да и привезли ещё двоих подростков до кучи. Многодетными сдела­лись.
Зайдешь на кухню — стульев уйма друг на дружке, а в комнате одни кровати. И найдёныш — кошка Клякса. Теснились недолго — колхоз квартирой одарил трёхкомнатной, благоустроенной. Много по этому поводу злопыхали досужие, да рассудительные им развер­нуться не дали. И пришлось Верочке моей сменить пищу духовную на колхозный пай, поумерить затраты на себя да кастрюли разме­ром поувеличить. Сказать, что было трудно — ничего не сказать. Сколько ночей недослано, сколько здоровья утеряно — не счесть. Привыкшие к вольнице — жили сами по себе, — тяжело приживались дети неблагополучия: здесь была семья, а она живёт по своим законам. Конфликт отцов и детей существует от веку, но тут слу­чай-то другой! Переживали опекуны, спорили за закрытой дверью, копий воспитательных переломали — не счесть. И я втянулась в эту орбиту, не соглашаясь с излишней суровостью слабой половины и прощающей мягкостью сильной. Трудно входил в семью старший Алексей. Сказывались и возраст, и вольная жизнь, и... По странно­му стечению он родился в тот же год и день, как их умерший Глебушка. И ей так хотелось видеть в нём сыночка-кровиночку, но желаемое было таким далёким от действительного, что конфликты вспыхивали мгновенно.
Не легче было и с младшей Валентиной. Болезненная, затуркан­ная, глядит мышонком — учительница чуть не заплакала, увидев в классе это "чудо". Её старались одеть не хуже других девчонок, научить необходимому. Поначалу уборка — с боем, стирка — с воем, мытьё посуды — с натугой.
У Веры порой руки опускались, корила себя за суровость, ведь Коля к детям добрее, мягче. Правда, видит их реже — больше в морях, но всё же... Но, видно, они прекрасно дополняли друг друга, если результат налицо — выросли дети. Старший Алексей уже обзавёлся домом и семьёй, ходит в моря. Средняя Валентина, как истинная казачка, — в семье — второго внука носит. А млад­ший Сергей такая дылдочка, что по лбу щёлкнет — мало не пока­жется. Готовили его в армии отправить на войну, да видно у судьбы в тот момент глаза открылись — не пустила. Вместе с Николаем (пардон — Василичем) в одном экипаже сети латают. Хотели было и Алексея сманить, да передумали — на большом корабле и плава­ние большое. Кто-то из ребят заикнулся было о смене отчества, но попытка была в корне пресечена — грех отца забывать. Так и живут: фамилия одна, а отчества другие.
Люблю я приезжать к ним на выходные. Тут тебе и новая кино­шка, и молодёжная тусовка, и детский сад. Кстати, у Коленьки-голубчика, бабушкиной отрады, можно узнать, что лучший чело­век на свете после мамы-папы — "дядя", а самый вожделенный его предмет — "тиси". А потом, проводив отраду, разослав мужичков по комнатам, сесть с Верой (для всех Сергеевной) на кухне и под чаёк говорить о новинках в "толстых" журналах, о семейных забо­тах и радостях, читать и слушать стихи. Правда, года уже не те — до утра не сиживаем. Но спится мне в их доме покойно и светло, как в детстве.
Р. 8. Устьевчане часто пеняли мне — почему не напишете о Дол­матовых? Люди же подвиг совершили, дело какое огромное сдела­ли. Уступив попрёкам, четыре года назад я и выдала на-гора эти заметы. Читали мы их с Верой, о чём-то спорили, с чем-то согла­шались. Но главное — нашли консенсус — не славы ради, дела для — на свете ещё немало обездоленных ребятишек. Уже не вспомнить, по какой причине рукопись легла в стол, но время неумолимо и порой жестоко. Нынешняя публикация — долг памяти и дань ува­жения той, что сумела вывести троих детей на светлую дорогу жиз­ни и тихо угаснуть в расцвете сил и лет. Жаль, не узнает она, что мальчишки стали уважаемыми людьми — один капитаном на боль­шом сейнере, а другой на малом. И ещё жаль, что у недавно родив­шегося Антошки Сергеича на одну бабушку меньше. Но сестрёнка Верочка у него появится обязательно!
ИРИНА
Этот класс был в школе "забойным" — комсомолки, спорт­сменки, красавицы и парни им под стать. Проблем у учителей с ними не было — класс всё делал сам — психологический климат, благополучие, досуг. Делаешь сам — живёшь в радости, а если ещё и характер такой же — до счастья недалеко. Разумеется, улыбчивая девчонка с косой — лыжница, чтица, политинформатор — без вни­мания не оставалась: собирала Почётные грамоты то школы, то рыбозавода родителям на радость. Воспитывать им её некогда было: мама, мастер на рыбозаводе, сутками на работе, отец, директор базы, и вовсе вдали. Спасибо бабушке со строгими правилами. Од­ноклассники были уверены — Ирка будет или артисткой, или по­литиком. А почему бы и нет? Климат в Кировской школе особен­ный — ценились инициатива, самостоятельность, лёгкая дерзинка, — в общем, личности. И она ею была. Но когда из узкого мирка родного посёлка попала в город, как-то подрастерлась и не нашла ничего лучшего, как подать документы куда поближе — в педин­ститут: артистов и политиков на побережьях не наблюдалось, а "делать жизнь с кого"? С того, кого десять лет наблюдала. А когда первый раз поехала на практику в пионерлагерь, струхнула и вовсе.
Кировская закваска выручила — получилось. Кто же откажется от того, что его признают личностью, даже если ему десять лет от роду?
Родная школа уже отдавала богу душу, подмываемая морем. Ирина получила распределение в Соболевскую, учителем истории. И, спустя некоторое время, стала вызывать недовольство коллег. Зачем много правды говорить детям? И потом — почему она не любит послушных хороших ребят — отличников, а в фаворе у нее ершистые, дерзкие, со своим мнением? Нехорошо — дешёвый ав­торитет. Надо бы эту вольницу кировскую поумерить. И не только у неё. Начали потихоньку. А она возьми да и вляпайся в неприятность и вовсе вселенскую.
Десятиклассник Лёша Басуев влюбился. В неё. Бог бы с ним, пусть любит: до выпуска недалеко, уйдёт — забудет. Так нет же — руку и сердце предлагает. — Ты что, обалдел? — она ему в своей резкой манере. — Я же старше тебя, и вообще... Мало ли девчонок в деревне? А он, упрямый, как все Басуевы, своё гнёт: — Откажешь­ся, сяду на мотоцикл и разобьюсь! — Ха-ха-ха! Ой, лучше бы она этого не делала!
В больницу прибежала чуть ли не первой — раньше всех. И, гладя его по бинтам, обреченное выдохнула — согласна.
Судили её чуть ли не судом Линча и в районе, и в селе, и в школе — хоть на край света беги. Да где он, тот край? Разве что в Кировском на развалинах: поплакать да морским воздухом утереть­ся. А когда мамы не стало, собрались все петропавловские кировча-не — помогли материально и морально: «Ирочка, жизнь всё расста­вит по своим местам: Борис Борисович тебе отец, а нас считай тётушками». И долго ещё не оставляли без внимания, а помогают и по сих пор: Хандуси, Королёвы, Нестеркины, Гескины. Действи­тельно, перемололось всё, а из той муки дети выросли на зависть злобникам: Вовчик учится в университете, Вика завтра туда же пойдёт, только на другой факультет. А авторитет — дело наживное, — и восстановила, и упрочила — единственная из учительниц Со­болевской школы была награждена знаком ЦК ВЛКСМ "Лучший учитель-комсомолец" — и новым обзавелась — избрали сельчане депутатом районного Совета народных депутатов. Только во власти ей не понравилось — ребят нет. И книг. За четверть века в школе были и стихи, и грехи. А у кого их нет? Но свадьба серебряная не за горами.
Место рождения в паспорте Ирины Валентиновны Басуевой, посёлок Кировский Соболевского района — не географическое по­нятие. Это судьба.
РОССИЯНО НИХОН ДИН
Во времена оны прихожу как-то на дежурство, а мне коллега обрадованно: "Хата поступил, теперь у нас все заработает". В палате под капельницей лежал маленький бледный японец с обострением язвенной болезни. Странными показались надежды коллеги, но не зряшными. Ближе к выздоровлению, больного в палате было не застать: невелико больничное хозяйство, а умелых рук ох как жаж­дет! А перед выпиской, когда все, что должно было, но бунтовало, закрутилось, заработало, задействовало, попыталась слюбопытни-чать, где же учат тому, чтобы все уметь? Оказалось, что на его далекой родине мальчиков с малых лет отдают в закрытую школу, где до совершеннолетия они учатся всему, что только могут челове­ческие руки. Какой журавлик занес его в наши края? Заработать — был лаконичный ответ. Это не мы — откровенничать с посторонни­ми у людей Страны восходящего солнца не принято. Так и жил здешний умелец, уважаемый на заводе слесарь Хата Сигеру — бо­лел, любил жену, растил сына. Есть где-то сейчас его Анатолий, которого, наверняка, по фамилии отцовской (если он ее не сме­нил), считают украинцем, ставя ударение на первой гласной, — Хата. Хоть и прижился отец его на чужбине, но, подозреваю, болел от того, что не мог, как в песне "Полетел бы я в дом, где жил, где рос..." — а потом уже и не успел.
Дяде Саше — Нагой Терузи — повезло больше: и дожил, и успел. Когда наши государственные ворота распахнулись для дру­гих, порог его переступили неожиданные гости с почти полузабы­тым: "Коничи-ва, Терузи-сан". И, сидя с ними потом за столом, он, вытирая непрошеные слезы, вспоминал родную речь и гово­рил, говорил, преодолевая полунемоту. Ведь после Хаты говорить по-японски ему стало не с кем. А потом зачастили японские япон­цы в гости к русскому земляку — журналисты, туристы, предпри­ниматели. Старшую внучку, изящную, как нэцке хорошего масте­ра, сразу признали своей, хотя она на две трети русачка. Но такая вот особенность азиатской крови — как ни боролась ее русская подруга за свое существование, но только двум дяди Сашиным сыновьям с азиатскими скулами достались голубые глаза и рыжие шевелюры от жены Тамары. Крестили они с ней детей кировскими штормами. Тогда поселок и коса доживали последние дни, и дядю Сашу как специалиста по кранам, пригласили в Крутогоровский, где без дела стоял превращенный в металлолом старенький "Ганс". И квартиру дали сразу соответствующую размерам немаленькой се­мьи. Из чего умелец машину собрал, — знают только он, да богиня Аматерасу. Но кран работал еще чуть ли не четверть века. Разлетаясь из дому, дети овдовевшего отца не оставили, забрали с собой в рыбацкое село Устьевое, где ему тоже нашлись и кран неисправ­ный, и жилье благоустроенное. Да и к городу поближе: путешеству­ет он теперь часто.
Первый раз, когда по приглашению родных полетел с сыном на родину, до последнего не верил, что комитет государственной бе­зопасности его выпустит из страны, ведь пятьдесят лет его отделял от семьи "железный занавес", а теперь и мысли об этом не мелька­ет: чуть ли не каждый год то с сыновьями, то с дочерью летают на родную чужбину. Не повезло только в этом году: из-за атипичной пневмонии выезд закрыли. Жалко, конечно, но терпимо. Родствен­ники каждый раз пытаются то ли соблазнить, то ли уломать, чтобы остался он век доживать на родине исторической, где все они жи­вут в достатке, далеко не российском, на судьбу не ропщут, вполне довольны жизнью. Из самых близких — старшая сестра в возрасте почтенном, а племянники рисовые плантации имеют, сеть автосер­виса. Поначалу зло брало на этих капиталистов: с его руками и головой он сделал бы лучше и больше. А потом успокоился и гос­тить долго расхотел: стал рваться к своим коровкам, не засижива­ясь в комфортабельных гостях.
Полвека назад о богатстве Нагой и думать не могли — для моло­дежи не было работы, а семью за долги чуть не выбросили из квартиры. Вот он и поехал счастья искать да подзаработать за триде­вять земель, в Кировский, устроился крановщиком на рыбокомби­нат имени Кирова. Счет его теперь в жизненном "банке" не в пользу Японии — 6 детей, 18 внуков, 6 правнуков, две дорогие могилы будто корешки его держат на этой земле, ставшей родной. И — непреходящее мирское уважение к его таланту и рукам: гово­рят — дядя Саша из ничего трактор сделает. А соскучится по сестре, племянникам — кассету в видеомагнитофон — и вот они рядом. Ему ли роптать на судьбу?
Не дождутся.
В нынешнюю, как и во все прежние новогодние ночи, всегда собиравшие в клубе все село, дядя Саша дал такого "дрозда" — устьевчане ахнули: во всю ширь души отплясывал на зависть моло­дым, красиво ухаживал за дамами, напрочь разрушил все представ­ления о японской сдержанности и своем возрасте: никто теперь не дает ему семьдесят семь.
Подождите еще — будет у него тандеоби (сотый день рождения) — и вовсе никто не поверит. Шутник, подумают.
Всем добрый вечер! ОГРОМНОЕ СПАСИБО за книгу! Это просто роскошный подарок к дню рождения-я родилась 19 января.Прочитала и уже перечитала отрывки,которые Вы разместили. Мама помнит Л.Хандусь-это акушерка от Бога! Мама очень переживала, что когда рожала меня, Лиду Хандусь вызвали на роды в другой населенный пункт. И роды принимала молодой врач, совсем девочка после института-Анечка. Фамилию её мама не помнит. И мама помнит, как Анечка горько-горько плакала, когда родилась девочка.Ведь она принимала первые роды самостоятельно,а у врачей считается хорошей приметой, если в первые роды родится мальчик.Интересно,как сложилась жизнь у Анечки-осталась ли она на Камчатке? Ведь было очень тяжело, и после сильных штормов каждый раз рыбзавод откапывали из песка. С нетерпением буду ждать книгу. Особенно о семье Нестеркиных Ирины и Володи. Мама с ними дружила. Может они её помнят Салиева(дев.) Елена Борисовна. Ещё раз спасибо за такое внимательное отношение к моей просьбе. Я уверена,что эта книга будет интересна не только мне.
Оля, но о Кировске и кировчанах я опубликовал ВСЕ главы из книги. Далее -- о Соболево, об Устьевом, о Крутогорово. Поэтому вам самим нужно продолжить эту книгу на основе сволих собственных воспоминаний -- больше некому. У вас лично это получается хорошо. Продолжайте и вам поддержат другие кировчане.
Информация Владимира Ивановича Самборко (см. Форум -- Камчатские имена -- Самборко)

Страницы истории Кировского рыбозавода.
Всю массово-политическую работу на Кировском рыбокомбинате в конце 20-3-х годов проводили политотделы. Первым начальником политотдела был Григорьев, прибывший из Москвы по направлению ЦК ВКП(б). Его заместителем - Кириллов, молодой коммунист, ранее работавший токарем завода «Красный путиловец». Он был направлен на Камчатку Ленинградской парторганизацией. (Так как даты и справки нет, можно предположить, что это было в 1929 году при создании Воровских рыбных промыслов).
Директором рыбокомбината был Ковтун. Начинал он приемщиком плавсредств, проявляя во всем деловитость и увлеченность. Эти качества в молодом рабочем заметили, он был принят в партию и выдвинут на должность директора предприятия. Четвертым коммунистом был заместитель директора Зоря. Коммунисты рыбокомбината и политотдела, первые большевики поселка под руководством Усть-Большерецкого райкома партии организовали партийную ячейку и проводили работу среди коллектива предприятия и жителей поселка, направленную на подъем рыбной промышленности Камчатки.
Это были энергичные, деловые люди. Например, Ковтуна часто можно было видеть среди рабочих на промысле, на посоле рыбы или погрузо-разгрузочных работах. Он мог доброй шуткой подбодрить уставшего человека или по старой памяти подставить плечо, чтобы помочь на погрузке или разгрузке парохода.
Нелегко им было в первые годы. Работали, жили в обложенных дерном палатках, зачастую по- несколько семей в одной. Столовая располагалась в старом здании. Часто она служила клубом, где проводились собрания, читались лекции и доклады.
Большую работу провели коммунисты по созданию комсомольской организации. В 1935 году под руководством заместителя начальника политотдела Кириллова было проведено первое организационное собрание молодежи. Секретарем ячейки избрали Алексея Бутакова. Через некоторое время комсомольская ячейка второй базы выросла до 14 человек. А в 1937 году образовалась комсомольская ячейка на центральной базе. Она положила начало общей комсомольской организации Кировского рыбокомбината. Молодежь организовывала художественную самодеятельность, стала изучать политграмоту. По решению ЦК ВКП (б) в 1938 году политотдел был упразднен, коммунисты объединились в партячейку, секретарем которой был избран Москаленко.
С годами партийная организация росла. Были приняты в ее ряды лучшая резчица, стахановка Степачева М.Р., начальник кунгасного цеха Л.Просин, приехал с материка коммунист Шумкин П.М. и другие. Усилилась массово-политическая работа. На рыбокомбинате стала выходить многотиражная газета «Стахановец».
Газета «Рассвет» 1988 год.
Информция Самборко В.И.

Думали ли мы тогда, ступая на песчаную косу Кировского, что станет он судьбой, жизнью и счастьем этот маленький поселок на берегу Охотского моря?
Молодости вообще свойственно жить днем сегодняшним, и мы с подругой-молодые выпускницы Горьковского педагогического училища, распределенные в Соболевский район, просто вошли в небольшую чистую комнату поселковой гостиницы, ставшей потом нам родным домом. Хозяйка гостиницы Е.И.Долгова окружила нас такой заботой и вниманием, что сразу же поверилось, люди на Камчатке другие, особенные. И впрямь особенные. Или это был уже морально-психологический климат поселка, или накладывали отпечаток суровые условия жизни, но каждому новому человеку в поселке были рады.
В комитете комсомола, куда мы пришли встать на учет, шло летучее совещание секретарей. «О, нашему полку прибыло!» - обрадовано встретил нас секретарь комитета комсомола В.Возисов. И тут же забросал нас вопросами: откуда прибыли, надолго ли, какие поручения имели, умеем ли петь и плясать? Последний вопрос был вовсе не случаен: сам секретарь был ярым поклонником самодеятельности и играл со сцены на баяне. Такой же прием ожидал нас в поселковом клубе, которым заведовал тогда А.А.Товпеко. С первых же дней жизни в Кировском мы были захвачены в плен человеческого внимания.
Спустя некоторое время, пришлось расстаться с гостеприимной тетей Дусей и переселиться в общежитие, расположенное в самом центре поселка. Оно было в полном смысле этого слова молодежным центром. Здесь располагался комитет комсомола, здесь жила большая часть комсомольцев - педагоги, медики, воспитатели, работники службы быта.
Надо сказать, что особой активностью раньше я как-то не отличалась, но тут была так захвачена общим ритмом комсомольской работы, что на пассивное созерцание просто не оставалось времени. Известно, что ритм работы, ее тон задает секретарь, тот человек, который всегда впереди. После направления В.Возисова на учебу в партийную школу, секретарем комитета комсомола стал Артур Чегодаев. Ни до, ни после не доводилось встретить человека, который был таким вожаком молодежи. Авторитет Артура был настолько велик, что его просьбы выполнялись беспрекословно. Не идеализируя прошлое, могу сказать, что Артур был Комсоргом с большой буквы. Спокойный, несуетливый, какой-то прочный и надежный, он не любил долгих словопрений. Самое любимое и действенное его выражение было: «Ребята, надо!». «Надо»-и едут ребята в тундру за дерном, а девчонки обкладывают этим дерном больницу, детский сад, свое общежитие и потом присматривают, поливают, чтобы зеленые тундровые лоскутки украсили быт кировчан.
«Надо» - и ровняют бетонные тротуары, покореженные очередным штормом.
«Надо» - и комсомольская ватага ребят расчищает снег у клуба, обколачивает лед на крыльце, чистит крышу. А потом усталая и довольная танцует прямо в рабочей робе в клубном фойе.
На одном из собраний секретарь районного комитета комсомола Игорь Атасов скажет потом с легкой завистью в голосе : «Стоящий вам достался комсорг, ребята!». До сих пор, когда мы, комсомольцы тех лет, слышим песню А.Пахмутовой «Усталая подлодка», вспоминаем Кировскую сцену, полный зал и негромкий проникновенный голос нашего вожака, поющего под аккомпанемент гитары.
Самое, пожалуй, интересное явление того времени то, что в художественной самодеятельности участвовали все, и отношение к ней было самое теплое. Когда готовились к районным фестивалям или смотрам художественной самодеятельности, дня не проходило, чтобы на репетиции не побывали директор рыбозавода И.А.Велицкий или секретарь парткома. Как-то кто-то из артистов высказал претензии: «Конечно, соболевчане и будут всегда побеждать на конкурсах, У них инструментов в Доме культуры завались, а у нас баян, тарелка, барабан, контрабас, да и тот самоделка!». На что директор отпарировал: «Хотите инструменты иметь, заработайте их»,
Субботники шли один за другим: на территории завода, где откапывались из под снега ящики под рыбу; в цехах завода, где изготавливались и выпускались консервы. И сколько было радости потом, когда на заработанные деньги купили первые электрогитары.
Потом пришла победа на районном фестивале молодежи. И вовсе не потому, что купили новые электрогитары, а скорее всего была крепкая воля к победе. Спортсмены и артисты выложились до донышка, зато и концерт и встречи по футболу прошли с большим успехом.
В те годы родилась песня, своеобразный гимн нашему поселку. Есть в ней такие слова: «Нас не пугают злобные цунами и на дома ползущая шуга. Наделены мы нервами из стали, сердцами из алмаза и огня». Авторам музыки и слов Н.Патрикеевой и В.Бутаковой удалось наиболее точно передать атмосферу тех дней и лет, которые были насыщены терпением и работой.
Нина Кислова, комсомолка 60-х годов.
Газета «Рассвет», январь 1986 г.

Attached files Ljudi_na_Kamchatke_oosobennye___.doc (29 KB) 
Перебирая старые фотографии, наткнулась на две, которые вызвали массу воспоминаний. На снимках молодые, знакомые лица, в памяти их голоса, шутки, улыбки. Тогда отмечалось 50-летие образования СССР и молодежный фестиваль проводился необычно: победителем становился тот, кто победит соперников по всем статьям- в самодеятельности и спорте. Уже прошли выступления самодеятельности. Наши артистки не только песнями и плясками, но и частушками на злобу дня добавили очков для всей команды. Спортсмены в нелегких состязаниях тоже принесли баллы. Накал страстей при этом был так велик, что жена нашего вратаря Юры Сахарова, Светлана, на футбол не стала приходить- со дня на день готовилась стать матерью. На предпоследнем матче у нашей команды случился казус-на защитнике Коле Ручковском лопнули трусы. "Бракоделов к позорному столбу!"-заявил он своей жене, которая аботала в КБО. Нахохотавшись от всей души, болельщики и спортсмены получили разрядку, необходимую перед последним футбольным матчем. Третий день соревнований решающий. С утра на трибунах не протолкнуться. Один на один остались в таблице только две команды-Кировского и Соболева. Честно скажу: до этого дня я была безучастным свидетелем эстафет, прыжков, забегов. Но тут взыграло самолюбие, свистеть даже научилась. И вот они на поле. Мяч то у одной команды, то у другой, а в ворота не летит. Трибуны скандируют:"Гол!.Гол!Гол!", футбольные спецы чуть не дерутся-было нарушение. Потом выяснилось, что не было. Болельщики обеих команд:"Судью на мы-ы-ло-о!". И вдруг один мяч проскочил в ворота соболевчан, другой-победа!!. Ой, что тут началось! Всегда невозмутимый, спокойный директор рыбокомбината И.А.Велицкий выбежал на стадион и давай тискать ребят единственной рукой. Уж на что был тяжеловат наш секретарь партийной организации Андрющенко А.П., но тут прыгал, как мальчишка. Как же любили в тот момент наших потных, уставших ребят. Так и получилось в тот день, что кировчане "махом всех побивахом". А вечером в районном Доме культуры награждали всех участников фестиваля. Конечно соболевчанам было обидно, что победа досталась не им- они уже привыкли всегда и во всем первенствовать. Но и стыдно должно быть было тоже- в их распоряжении стадион, а у нас даже площадки не было. И все-так, все-таки.. Потом уже в нашем клубе председатель завкома П.П.Киселев вручил подарки каждоу участнику команды. В нашей семье до сих пор живы те чайные чашки, чайник и сахарница. А в тот исторический день в пионерском лагере за праздничным столом отметили победу ее герои Н.Ручковский, В.Бутаков,Н.Долматов, Э.Шелудшев, В.Карпенко, В.Ермилов, Н.Музыченко, Ю.Сахаров. И это была не просто победа. Это, на мой взгляд, было доказательством того, что и на побережье живут люди. Чего уж греха таить-соболевчане всегда свысока смотрели на кировчан.
Сейчас модно ругать наше поколение за излишнюю сутливость в общественной работе, за верность принципу-сначала думай о Родине, а потом о себе; за комсомол и многое другое. Дремучие мы вроде были, глупые, не разбирались в жизни. И я поняла, почему- из зависти. У нынешней молодежи такого вовек не будет. Вот почему мы любим свою молодость не опосредованно, а за то, что в нашей судьбе были энтузиазм, самоотверженность, совестливость, веселье и нежданная, но ставшая вечной, любовь - наш Кировский.
В.Сергеева
Газета "Рассвет" 1996 год
Вера Сергеева-псевдоним Веры Сергеевны Долматовой.
В Соболевском народном музее есть альбом, на титульном листе которого выведено:"Рыбозавод им. С.М.Кирова". Чья-то старательная рука заполнила его страницы воспоминаниями его ветеранов К.П.Селиха, А.Ф.Бутакова, С.П.Калинина, А.А.Красноперова, М.Д.Зырина, А.Б.Юхневича.
"Техники тогда почти не было. В 1939 году пришли машины, гусеничный трактор, мотоцикл. Первым трактористом был Н.Грачев. Тогда машиной качали воду на пристань. Хорошим механиком был А.М.Конаков, который проявил недюжинные способности в добывании запчастей, которых всегда не хватало. Техника работала бесперебойно. Все работы на пристани проводились вручную. В 1942 году инженер Н.Ф.Чернигин изобрел рыбонасос, здесь его и осваивали. В день выкачивали до 40 кунгасов рыбы. Позже рыбу стали ловить своими судами, неводами. Сезонные рабочие оставались на зиму. Население поселка стало расти, особенно в эти годы.
Электросвета не было, рыбу солили при свете факелов. Работа была тяжелая. Смен не было, люди работали по 12-18 часов. Продукты получали по карточкам, заместитель директора комбината ведал торговлей. В 1948 году рыбу ловили ставными неводами с моря. План был-26 тысяч центнеров лосося. Обрабатывали сырец в засольном и икорном цехах.
В 1949 году начали строить поселок, а через год рыбокомбинат начал выпускать рыбные и крабовые консервы. Шкипером по добыче краба был П.Ф.Шапкин, награжденный потом орденом Ленина и избранный депутатом Верховного Совета СССР.
Рыбу солили только сухим посолом. На плавединицах работали корейцы, в частности Син-До-Гу, потом уже и наши ребята научились. В 1951 году прибыл первый кран "Форентина" грузоподъемностью 7 тонн, а через год- "Шкода", уже на 25 тонн, три каетра ЖК, автомашина, тракторы. Было начато строительство рыбоконсервного завода на пятой базе.. Через 9 лет построен холодильник № 10, а еще через четыре года №12."
Рыбокомбинат, его базы располагались на узкой песчанной косе на протяжении 40 км. Море наступало на косу, промоины создавали бездорожье, затрудняли связь. В марте 1955 года и в ноябре 1957 года штормами разрушило ряд жилых и производственных зданий, консервные заводы, склады. При этом погибло много рыбопродукции. Убыток от штормов составил 12 млн. рублей.
Выступая в 1971 году на торжественом собрании тогдашний директор И.А.Велицкий докладывал:"За последенее время в поселке построены два холодильника, электростанция, котельная, механический и бондарные цеха, столовая. Изменился и облик поселка-построено 7 тыс кв метров жилья. Здесь живут, учатся и трудятся более тысячи человек. Ежегодная добыча рыбы составляет более 20 тыс центнеров. За успехи в выполнении государственных планов ряд наших товарищей отмечен правительственными наградами. Орденом Ленина-А.В.Ермоленко, орденом Трудового Красного Знамени-И.Ф.Осипов, орденом Знак Почета-П.В.Харитонов. Сорок человек награждены медалями "За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина."
На предприятии широко развито социалистическое соревнование. 7 цехов носят звание "Коллектив коммунистического труда" Выполнен план по реализации продукции. При плане 7500 тыс рублей ее реализовано на 8400 тыс рублей, выработано пищевой продукции на 6600 тыс рублей. Коллектив консервного цеха отправил потребителям сверх плана 800 туб консервов и 300 центнеров икры соленой. В апреле нынешнего ода должен вступить в эксплуатацию новый 36-квартирный жилой дом, где семьи получат благоустроенные квартиры, а 60 детей- новые благоустроенные ясли. Продолжается строительство консервного цеха, водозабора, берегоукреплений."
Так было. Но природа неумолимо наступала. Одна за другой закрывались базы. Была полуразрушена и центральная база-поселок Кировский.

Газета Рассвет. июль 1988 года
поселок Кировский, 1975-1976 гг.

Справа налево: Люда Кузнецова, Лариса Симонова, Татьяна Ларионова и, к сожалению имя и фамилия забыты. Может, кто-то и узнает.

Attached files
На фотографии изображены слева Люда Иванова, Татьяна Ларионова, Лариса Симонова, Светлана Кузнечик
Решение Камчатского облисполкома "Об образовании нового КИРОВСКОГО района за счет разукрупнения УСТЬ-БОЛЬШЕРЕЦКОГО района" № 645/298 от 23 ноября 1945 г.

Эти же решением было определено:

2. Удовлетворить многочисленные просьбы трудящихся, решения районных Советов и райкомов ВКП (б) об образовании:
...д) в Кировском районе -- рабочего поселка им. Кирова на базе населенных пунктов комбината им. Кирова.

Attached files
Кировский рыбокомбинат. Архивные материалы 1958 год.

Attached files
Кировский рыбокомбинат. Архивные материалы 1958 год. стр. 2

Attached files