БОЛЬШЕРЕЦКИЕ (КУРИЛЬСКИЕ) КАМЧАДАЛЫ
Браславец К.М.,
Диалектологический очерк Камчатки,
Южно-Сахалинск, 1968 г.
Большерецкие камчадалы. В отличие от елизовских старожилов большерецкие, или курильские, камчадалы – это обрусевшие ительмены, предки которых еще до прихода русских сильно смешались с курильцами. Большерецкие и авачинские камчадалы, считает В.О. Долгих, были по происхождению айнами, воспринявшими камчадальский язык и культуру. Айнами (курилами) считал авачинских (в частности, с р. Налычевой) и большерецких камчадалов первый камчатский приказчик Тимофей Кобелев и как курилов записал их в 1702 г. в ясачную книгу. Ительменский язык на юге Камчатки "должен был измениться от влияния аинцев, о чем мы находим указания у Шренка, говорящего словами Стеллера следующее: "Ительмены острова Шумшу и южной оконечности Камчатки неустояли против смешивания с аинами отдаленных островов; с давних пор они вступали с ними в брачные союза, и так как, с одной стороны, сами часто переходили с материка на ближайший остров или, наоборот, а, с другой стороны, и аины, "бродившие, как говорит Стеллер, по морю так же, как татары посуху", постоянно приезжали в Камчатку, то на всем юге полуострова образовалось смешанное племя ительменов и аинов, которое по внешности и языкеу отличалось от живших севернее камчадалов". "Карта расселения ительменов, коряков и курильцев на полуострове Камчатке в XYII в." Показывает, что на юге Камчатки и острове Шумшу в то время было 20 курильских острожков (соответственно 16 и 4). О сильном айнском влиянии на ительменов, живших в XYII. В., южнее рек Большой и Паратунки, говорит И.И. Огрызко, обращая при этом внимание на то, что Атласов первые курильские поселения встретил еще "за три дни", не доходя "до Бобровой реки", т.е. где-то в районе р. Голыгиной, а С.П. Крашенинников, подтверждая и уточняя сказанное, писал, что камчадалы живут и "в южной части Камчатского мыса, от устья Уки до Курильской лопатки, и на первом, и на первом Курильском острову, называемом Шоумчу", курильцы же "происходят от камчадалов" и отличаются "в языке…, обрядах и в телесном виде… от соседства, обхождения и взаимного супружества с прямыми курилами". И позднее южные курилы (айны) вступали в браки с северными, а последние – с камчадалами. Мужские имена в поименном списке жителей 1-го курильского острова, составленном русскими миссионерами в 1747 – 1748 гг., как заметил И.И. Огрызко, имели ительменское звучание. На юге Камчатки "ительмены смешались с айнами".Изучая расселение ительменов в первой половине XYIII. В.В. Антропова обращает внимание на то, что "совсем иную картину представляли поселения на юге полуострова и на первом Курильском острове (Шумшу). Курильцы – обособленная группа ительменов, обитавшая на юге полуострова до р. Опалы и на первом острове Курильской гряды. Благодаря соседству с курильскими айнами, они отличались от основного населения полуострова". О том, что на Шумшу "айнский элемент стерся и слился с пришельцами Камчатки", сообщается в "Кратких сведениях об айнах", предпосланных "Словарю айнского наречия" врача Дыбовского. Языковые контакты большерецких камчадалов с айнами продолжались до сравнительно недавнего времени. После захвата Японией в 1875 г. Курильских островов часть курильцев пожелала переселиться на русскую территорию. 18 сентября 1877 г. клипер "Абрек" доставил в Петропавловск 83 чел. На Командорские острова курильцы переезжать не пожелали и избрали для своего поселения с. Явино, находящееся недалеко от родины. В это селение ежегодно весной приезжали курильчане, привозя с собой лисьи шкуры для обмена на порох, дробь, топоры, ножи и т.п. В марте 1881 г. группа курильцев оставила Петропавловск и в июле прибыла в Явино. Жители Явино, по свидетельству А. Сильницкого, разводили много скота. В 1902 г. в Явино насчитывалось 16 дворов, около 100 голов рогатого скота, до 300 собак, два десятка лошадей. Явинцы тем самым отличались от камчадалов, которые скотоводством занимались неохотно. Замечание о том, что "жители Явино живут зажиточно, как зажиточно живут русские по всей Камчатке", казалось бы, еще более определенно указывает на некамчадальский состав населения этого села. Но это не согласуется с тем, что писал В.И. Иохельсон: "Тип жителей южных селений – Явино и Голыгино – ничем не отличается от типа жителей других камчадальских селений, хотя можно было бы ожидать влияния курильцев, т.е. курильский айнов, имевших раньше сношения с южными камчадалами и даже живших на южной оконечности Камчатского полуострова". Явино находилось в стороне от камчатских трактов и поэтому ре
дко посещалось чинами окружной администрации во время зимних поездок по округу. Но зато Явино посещали ежегодно почти в течение трех десятилетий (на рубеже XIX – XX вв.) команды, перед которыми ставилась задача не допустить иностранных хищников к бобровым лежбищам на мысе Лопатка. Эти команды формировались Петропавловским полицейским управлением из мещан, казаков и камчадалов-охотников Петропавловского пригорода. В настоящее время самых южных селений западного побережья Камчатского полуострова Явино и Голыгино не существует; жители этих селений постепенно расселились среди большерецких камчадалов и камчатских русских, проживающих в предместьях Большерецка и Петропавловска. Переселения из Явино начались в середине XIX в. В 1841 г. приказом начальника Камчатки было предписано "исъ остросковъ съ Голыгинскаго и Явинскаго въ остроски въ Начику и в ганалы по три человIЪка для отбивания там каюрной Гоньби…, с Явиной в Начику 3 человека, а именно: василей дехтерев, Петръ Лукошевский и василей Лукошевский (отец нашего диктора Е.В. Лукашевского – К.Б.), съ Голыгинскаго селIЪния в Ганалы 3 человIЪка: Степан Заевъ, Прокопей Марковъ, Илья Сторозевъ". В 1843 г., как сообщил Апачинский удельный старшина, "съ Явино Камчедалы Петръ и Федоръ с синомъ Николаемъ Лукошевския переведIЪны въ Ганалы… на постоянное жительство". Несколько семей предписывалось переселить из Ичи в Апачинское селение. Е.В. Лукашевский, 98-летний уроженец Ганал, сообщил, что его мать была якуткой, рос он в "круглых широтах" и в жены взял "мэшнуйу туд жы в одном шылени". Уроженец с. Малки П.Е. Панов точно также, как и Е.В. Лукашевский и др. большерецкие камчадалы (речь которых специально изучалась), не может быть отнесен к камчатским русским. Большерецкие камчадалы – это обрусевшие ительмены, которые в течение длительного времени смешивались с айнами, а также с русскими и частично с якутами. Иноязычное влияние на русские говоры здесь, несомненно, было иным, чем, например, в долине р. Камчатки. Большерецкие камчадалы находились в более тесной связи с населением Петропавловска и особенно его пригорода, чем, например, отдаленные потомки русских крестьян долины р. Камчатки. Население Петропавловского пригорода пополнялось за счет большерецких камчадалов. Жители с. Начики были переселенцами с западного берега полуострова. Довольно много большерецких камчадалов проживало в 1962 г. в с. Северные Коряки (по течению р. Авачи), куда переселились они совсем недавно.