Думское дело (П.Т. Новограбленов)
ДУМСКОЕ ДЕЛО
Опрашивались в следственной комиссии ревтрибунала и ГПУ не все думцы. Церковный староста Петр Иванович Федоров выехал во Владивосток, оставив подписку, что возвратится в Петропавловск первым же пароходом с началом навигации 1923 года. Василий Алексеевич Павлов, служивший у Х.П.Бирича, бежал на шхуне Свенсона в Америку. Еще один гласный, сорокалетний Николай Васильевич Савин, живший случайным заработком, был выпущен на излечение в с.Паратунку. 22 января 1923 врачи Рубецкий и Вымлятил выдали документ, который стал для него чем-то вроде охранной грамоты: "...пострадавший в декабре месяце гр. Николай Савин переломом 3-4 ребра страдает в данное время осложнением со стороны легких, плевры и неврологическими болями в месте перелома и правой грудной области, почему он, Савин, должен все время находиться в постели в покойном состоянии".
Весной 1922 Камчатский Облнарревком разослал волостным и сельским комитетам заявление: "Думские дельцы, забросив городские хозяйственные делишки, для которых они избраны, взяли на себя роль "парламента" и поставили разрешением вопросы государственного значения. ...Напомним, что это за люди, пытающиеся решать судьбу Камчатки.
1. Голова - безголовый КОЛМАКОВ, подхалим и вечно пресмыкающийся перед более сильными, до сего времени славившийся только ночными похождениями для растления малолетних девушек.
2. Доктор ЩИПЧИНСКИЙ на материке давно уже находился бы в доме сумасшедших. Этот человек 20 раз меняет свои убеждения. Много раз был горячим защитником народной власти, но в большей мере работает в лагере народных вpaгов. Первым уездным съездом (в 1920 г. - В.П.) объявлен врагом трудового народа.
3. НОВОГРАБЛЕНОВ - вечно ползающий у ног сильного.
4. РУМЯНЦЕВ - бывший колчаковский офицер, хулиган и пьяница. Далее идут Одынцы,Федоровы, Грызловы и прочие шарлатаны, плохие имена которых вызывают негодование у знающих их тружеников".
Данное заявление от 14 апреля 1922 г. подписали командующий отрядами Облнарревкома Фролов, уполномоченный при штабе Савченко и за секретаря Глухих. Выявленные в ходе следствия "главари контрреволюции" председатель Думы Ч.К.Щипчинский, товарищ председателя П.Т.Новограбленов, городской голова Е.А.Колмаков и гласный В.И.Артюхин оправдывали свое сотрудничество с белыми старанием не допустить гражданской войны на Камчатке, как это произошло на материке.
"Я выступал против партизан Камчатки, - утверждал П.Т.Новограбленов, - думая этими словесными выступлениями предотвратить не нужную здесь, на Камчатке, бойню и связанное с ней разорение родного мне по крови населения, а также я боялся оккупации Камчатки японца-ми. Я говорил, что на Камчатке должна быть такая власть, как во Владивостоке, то есть, белые во Владивостоке, и здесь будут они, хотя бы мы, население, не хотели их, красные во Владивостоке, они будут и здесь". П.Т.Новограбленову дважды за период следствия изменяли меру пресечения. 10 марта 23-го его выпускают на волю "под залог имущества" некоторых граждан и подписку о невыезде. Проходит немногим более месяца, и он вновь оказывается в тюрьме все по тому же обвинению в контрреволюции. Такое постановление выносит прокурор, бывший красный партизан Валентин Цезаревич Пересвет-Солтан. Сидючи в тюрьме, П.Т.Новограбленов пишет статьи в "Полярную звезду" - орган губбюро РКП/б/, редактирует которую Виталий Кручина.
...Е.А.Колмаков так же, как П.Т.Новограбленов, говорил на "опросах" об усилиях Думы по предотвращению гражданской войны. ПГД хотела послать своего делегата (Прокопия Трифоновича Новограбленова) на Завойкинский волостной съезд, где должен был решаться вопрос о вооруженных отрядах - партизанском Облнарревкома и военном Приамурского Правительства "ввиду того, что город и ближайшие селения находились между двух огней". ... В.И.Румянцев вышел из тюрьмы 2 июня 1923, за полтора месяца до суда, под поручительство горожан П.И.Лимберга и Н.И.Цапова. Его, видимо, перестали считать "главарем контрреволюции", убедившись что он выполнял чисто технические функции.
Камчатское ГПУ только приступило к следствию по думскому делу, а местные власти уже думали, как судить обвиняемых. 28 января 1923 г. "Полярная звезда" под заголовком "Судьба политзаключенных" поведала новость: "Губревкомом в недалеком будущем открывается сессия Ревтрибунала". И добавила, что его председателем намечается Борис Рубцов - начальник штаба войск Охотско-Камчатского края, прибывший с батальоном Красной армии в декабре 22-го. В феврале-апреле 1923 г. этот трибунал рассмотрел три других дела о камчатских "контрреволюционерах". 27 апреля губбюро РКП/б/ обязало председателя ревтрибунала детально изучить дум-ское дело и дать при докладе о нем свое заключение. Членам губбюро также надлежало ознакомиться с этим делом, "а после иметь суждение".
Родственники арестованных выразили глубокую благодарность "лицам, посетившим тюрьму на Пасху и сделавшим подарки на праздник". В день международной пролетарской солидарности 1 Мая с 13 до 15 часов были разрешены свидания с политзаключенными. Примерно в то же время смотритель губернской тюрьмы А.С.Пузырев получил в административном порядке пять суток "с отбытием наказания в губтюрьме и смещением на низшую должность надзирателя" за халатное, недобросовестное отношение к работе. Кадровые перестановки коснулись и некоторых бывших гласных Петропавловской Думы. И.Д. Грызлова назначили в середине мая секретарем подотдела горкомхоза. А месяц спустя, вдобавок, городским аукционистом. И.Ф.Голованова - завфинотделом губревкома и председателем Камчатского бюро Всероссийской сельхозвыставки.
В передаче экспонатов на эту выставку участвовали и вчерашние парламентарии, как находящиеся на воле, так и в тюрьме. От Ч.К.Щипчинского поступили: модель нарты, препарированная медуза (с Охотского побережья), морские рыбные иглы, "чилим-Петропавловский, хахылица-Усть-Камчатская". Т.Е.Головань отдал на выставку "разные безделушки" из моржовой кости чукотской работы. И.Г.Подпругин - модель шхуны (тоже из кости моржа и тоже с Чукотки) и заспиртованную нерпу-детеныша. К июлю 1923 г., видимо, выпустили из тюрьмы П.Т.Новограбленова, так как газета "Полярная звезда" сообщила о привлечении его к работам губвыстбюро "о черном песке".
7 июня 1923 г. на заседании губбюро РКП/б/ начальник ГПУ делает доклад по думскому делу. Принятое постановление гласит: "Препроводить весь материал одновременно с так называемым "Думским делом" в г. Владивосток Приморскому губкому РКП, дабы таковой мог иметь возможность дать надле-жащее направление этому делу". 16 июня следует добавление к постановлению от 7 числа: "Наиболее видных лиц контрреволюционной "Думы" выделить и отправить во Владивосток для судебного разбирательства всего дела". Однако никого никуда не отправляют.
15 июля 1923 года "Полярная Звезда" информирует читателей о прибытии на пароходе "Коун-Мари" сессии Приморского губернского суда. "В непродолжительном времени в г.Петропавловске будут рассматриваться дела заключенных в губтюрьме. Первым слушаться будет "Думское дело". Главные обвиняемые волнуются, но, скорее всего, разделяют мнение Е.А.Колмакова, который уверен в том, что "предстоящий суд... будет суд скорый, справедливый и милостливый, потому что это суд не царский, а народный".
В эти же дни губревком командирует на Всероссийскую выставку в Москву от Камчатки Ивана Федоровича Голованова - единственного, пожалуй, кто на "опросах" по думскому делу не сказал ничего худого о своих коллегах... "Думский процесс" проходил в Петропавловске 20-23 июля 1923 года. Дело рассматривала выездная сессия Приморского губернского суда под председательством Иваненко при народных заседателях Ковалевском, Похвалинском и секретаре Ярмоловиче. В качестве общественного обвинителя выступал Марков, государственного - Трунов. Защиту представляли адвокат Гарсов и бывший Мировой судья Успенский.
Из 31 думца (20 гласных и 11 кандидатов к ним) к уголовной ответственности было привлечено 24. Не привлекались гласные И.Ф.Голованов, В.А.Павлов (бежал за границу), Н.В.Савин (больной), П.И.Федоров, кандидаты - А. И. Кобцев, С. В. Таланцев, Т.Е. Головань. Ввиду неявки на суд гласного В.А.Огородникова, дело выделили в особое производство. Руководители Петропавлов-ской городской Думы Ч.К.Щипчинский и П.Т.Новограбленов, городской голова Е.А.Колмаков, секретарь Думы и Управы В.И.Румянцев и гласный В.И.Артюхин обвинялись:
по ст.58, часть 1 УК РСФСР - организация в контрреволюционных целях вооруженных восстаний или вторжения на совет-скую территорию вооруженных отрядов или банд, а равно участие во всякой попытке в тех же целях захватить власть в центре и на местах или насильственно отторгнуть какую-либо часть ее территории или расторгнуть зак-люченные ею договоры; по ст. 61 - участие в организации или содействии организации, действующей в направлении помощи международной буржуазии, которая не признает равноправия приходящей на смену капитализма коммунистической системы собственности и стремится к ее свержению путем интервенции или блокады, шпионажа, финансирования прессы и т.п. средствами;
по ст.69, часть 2 - призыв к невыполнению или противодействию распоряжениям центральной или местной власти при неустановленности контрреволюционных целей. Н.П.Косыгину, Е.Ф.Одынцу, И.Г.Подпругину, П.Т.Новограбленову, С.В.Ганцеву,Ч.Д.Грызлову,Л.Е.Захарову, М.К.Соколову,В.Е.Луневу, Г.П. Миничеву, Н.В.Флетчеру, Е.М.Бандурину, Т.Г.Вичиркину, К.И.Кодылеву, Л.К Валицкому, А. Я.Воронину, Д.А.Шигаеву и И.П.Ривацкому предъявлено обвинение по ст.68 УК РСФСР - укрывательство и пособничество всякого рода преступлениям, не связанные с непосредственным совершением означенных преступлений или при неосведомленности о их конечных целях.
Защита, "обрисовав положение оторванной от Центра и представленной самой себе Камчатки и роль Самоуправления, напрягавшего все силы свои, при крайне неблагоприятных условиях де-ятельности под властью зарвавшихся бандитов, к недопущению оккупации Камчатки интервентами", - настаивала на оправдании подсудимых. После трехчасового совещания был оглашен приговор.
Из приговора выездной сессии Приморского губернского суда по думскому делу: "Данными судебного следствия изобличается Щипчинский Чеслав Куприянович в том, что, будучи председателем думы совместно с представителем меркуловской власти Биричем участвовал в допросе делегатов 2-го чрезвычайного съезда, где обсуждался вопрос о задержании председателя 2-го чрезвычайного съезда тов. Рябикова в качестве заложника за полковника Лукомского ...препятствовал вывозу муки Нар. Рев. Комитетом в сопки (базу) при оставлении Комитетом Петропавловска..." Колмаков Елизар Александрович также был виноват, что присутствовал на допросе партизанского парламентера Рябикова и принимал, якобы, участие в избрании ему меры пресечения. Вдобавок, активно выступал против Облнарревкома и "являлся активным участником власти Меркулова". Новограбленов Прокопий Трифонович, заведуя училищами области, "утилизировал школу в контрреволюционных целях. Выступал на собраниях и настаивал на принятии репрессивных мер против власти трудящихся, называя коммунистов... шайкой разбойников". Артюхин Василий Иванович как депутат Народного Собрания "информировал о положении меркуловской власти", активно помогал международной буржуазии.
Суд нашел, что все четверо совершили преступление (по неосведомленности о его конечных целях), предусмотренное ст. 58, ч. 2. Обвинения но статьям 61 и 69, ч. 2 снимались за недоказанностью. По В.И.Румянцеву не удалось доказать ни одного обвинения. В отношении остальных 18 подсудимых, обвиняемых по ст.68, также не было найдено веских доказательств, и суд оправдал их. Ч.К.Щипчинского, П.Т.Ново-грабленова, Е.А.Колмакова и В.И.Артюхина суд признал "опороченными" и, руководствуясь ст.42 УК, приговорил "поразить в правах сроком на пять лет... подвергнуть условному наказанию сроком на пять лет с конфискацией четвертой части имущества". В ознаменование 5-й годовщины Октябрьской Революции срок наказания им (засчитанный с 1 января 1923) был сокращен наполовину. спустя без малого 70 лет, 24 сентября 1992 года, прокурор Камчатской области А.И.Зуев утвердил заключения в отношении четырех подсудимых по материалам архивного уголовного дела № П-55016. В этих документах указано, что на Ч.К.Щипчинского, П.Т.Ново-грабленова, Е.А.Колмакова и В.И.Артюхина распространяется действие статьи 3 пункт "а" Закона РСФСР от 18 октября 1991 г. "О реабилитации жертв политических репрессий".
На следующий день на каждого из них были выписаны Справки о реабилитации.