Лессепс Бартоломео

посланник Лаперуза из Петропавловского порта в 1787 году
На борту французского фрегата «Астролябия» находился молодой офицер Жан-Батист-Бартелеми Лессепс (1766—1834). Сын французского генерального консула в Петербурге, Лессепс с 1774 по 1784 г. жил в России. Вскоре после возвращения во Францию он был приглашен Лаперузом принять участие в кругосветном плавании, поскольку согласно [280] намеченному плану экспедиция должна была подойти к берегам России, а Лессепс довольно свободно владел русским языком. Во время пребывания Лаперуза в Петропавловске обязанности морского офицера Лессепс сочетал с должностью переводчика. Однако на его долю выпало и более трудное и ответственное поручение — доставить во Францию составленные Лаперузом донесения о своих открытиях, путевые журналы и карты. Насколько важны были эти материалы, можно судить по тому, что вышедшее в 1797 г. четырехтомное издание «Путешествие Лаперуза» 1 было основано главным образом на документах знаменитого мореплавателя, отправленных им из Петропавловска на Камчатке и доставленных во Францию Лессепсом. Чтобы выполнить это поручение, Лессепсу пришлось совершить далекое и не менее опасное, чем морское, сухопутное путешествие, на которое он затратил свыше года. Оставив Петропавловск в конце сентября 1787 г., он пересек всю Сибирь и европейскую часть России и прибыл в Петербург 22 сентября 1788 г. 17 октября того же года он вручил все материалы Лаперуза французскому правительству. Наблюдательный путешественник, Лессепс оставил интересный журнал, который вел во время долгого пути. В журнале содержится немало ценных сведений этнографического и исторического характера, относящихся к России 2. Выбор молодого офицера для столь трудного путешествия не был случайным. Лаперуз, поручая Лессепсу ответственное задание, писал о нем: «Лессепс — молодой человек, поведение которого было безукоризненным в течение всего плавания. Я принес настоящую жертву дружбе, послав его во Францию; но так как он предназначен занять место своего отца в России, я думаю, что путешествие через эту обширную империю будет способствовать приобретению им полезных знаний для нашей коммерции и, кстати, укрепит наши связи с этим государством, продукция которого так необходима для нашего флота»3. Лессепс действительно впоследствии долго служил в России. С 1802 по 1812 г. он был главным коммерческим агентом Франции в Петербурге. В исторической литературе известна его остроумная характеристика тогдашних правящих кругов России, составленная для французского министра иностранных дел Ш.-М. Талейрана 4. Вместе с официальным рапортом французскому правительству Лессепс вез в Петербург письмо Лаперуза к графу Л.-Ф. Сегюру, послу Франции при русском дворе. Это письмо представляет собой любопытную страницу из истории русско-французских отношений. Письмо Лаперуза к Сегюру до начала XX в. находилось во Франции, в коллекции автографов Альфреда Бове, о чем упоминалось в «Бюллетене Географического общества», посвященном 100-летию со дня смерти Лаперуза 5. Однако напечатано оно не было. Осталось оно неизвестным и автору четырехтомного издания «Путешествие Лаперуза» Ж.-Л.-М. Миле-Мюро. Нет упоминаний об этом письме и в недавно вышедшем исследовании Флерио де Лангля, одного из потомков помощника Лаперуза по экспедиции, командующего фрегатом «Буссоли» де Лангля «Трагическая экспедиция Лаперуза и Лангля» 6. [281] В мае 1909 г. письмо попало, в коллекцию известного собирателя автографов академика Н. П. Лихачева. Сейчас оно находится в Архиве Ленинградского отделения Института истории АН СССР 7. Весной 1960 г. письмо Лаперуза было экспонировано в Париже на выставке документов, отражающих научные и культурные связи Россия и Франции. -------------------------------------------------------------------------------- Господин граф! 8 Господин Лессепс, которого я имею честь Вам рекомендовать и которому я поручил свои пакеты для маршала де Кастри 9, сообщит Вам о времени нашего пребывания на Камчатке после очень долгого и очень трудного плавания, в течение которого мы смогли еще кое-чем поживиться даже после обильной жатвы капитана Кука. Если бы мне было позволено изъясниться более ясно, г-н граф, я не стал бы скрывать от Вас ни одной подробности нашего плавания и умолял бы Вас принести их в дар прославленной Государыне 10, при дворе которой король избрал Вас представлять его; но только г-ну маршалу де Кастри я могу дать отчет о плавании, которое для всех морских наций Европы представляет лишь предмет любопытства, и для одной России, пожалуй, более реальную и непосредственную пользу. Однако, если король распорядится опубликовать мое путешествие, я буду иметь честь направить Вам два первых экземпляра, умоляя Вас один из них преподнести русской императрице. Ее должностные лица встретили нас на Камчатке с расположением, честностью и благородством, вполне достойными прославленной государыни, которую они имели честь представлять. Благодаря особо счастливому случаю я встретил в Петропавловске г-на Козлова-Угренина 11, охотского губернатора, который совершал объезд огромного пространства своей губернии, охватывающей Камчатский полуостров. Мне не приходилось встречать в своем отечестве у моих лучших друзей более радушного приема. Он не получал, однако, никакого приказания относительно нас, но он знал, что мореплаватели — граждане мира, и он не мог бы принять русских с большим расположением. Всяческая помощь, которую может дать этот бесплодный край, была нам предоставлена, и он не пожелал взять никакой платы. Какое зрелище, г-н граф, увидеть, что тот же дух благородства и величия, которым навсегда будет отмечено царствование Екатерины, простирается до самых пределов ее обширной империи. Соблаговолите, г-н граф, предпринять все шаги, которые Вы найдете уместными, чтобы засвидетельствовать нашу почтительную благодарность е. и. в. И если охотский губернатор г-н Козлов, особый комендант Камчатский капитан Шемалев, а также особый комендант Петропавловска лейтенант Хабаров в связи с нашим приемом получат особые выражения удовольствия со стороны русского двора, то Вы окажете мне, г-н граф, величайшую услугу 12. Я передал, г-н граф, 500 пиастров г-ну Лессепсу, но эта сумма не может быть достаточной на расходы для такого путешествия. И я подумал, что Вы соблаговолите разрешить мне дать ему право просить от Вашего имени во всех местах, где ему понадобятся деньги, и обещать, что Вы возместите все суммы, которые ему будут даны взаимообразно. [282] Вы соблаговолите, г-н граф, выдать такой вексель на имя Главного казначея флота, написав ему мотивированную объяснительную записку 13. Имею честь оставаться с почтением Ваш смиренный и покорный слуга Лаперуз С Камчатки, Охотская бухта. Интересные сведения о приезде Лессепса в Петербург сообщает Л.-Ф. Сегюр в своих «Записках»: «Однажды вечером, по возвращении моем домой, мне сказали, что приезжал экстренный курьер, но, не застав меня, ушел и не оставил депеш. Мне это показалось странным; я спросил: не из Франции ли он, и еще более удивился, когда мне сказали, что он из Камчатки. Еще за несколько дней перед тем, к удивлению моему, я получил вексель на мое имя от сибирских купцов. На другой день все объяснилось. Ко мне пришел молодой Лессепс, сын прежнего французского консула в Петербурге. Он совершил плавание с Лаперузом: знаменитый и несчастный мореплаватель высадил его, к счастью для него, в Камчатке и поручил ему отвезти депеши во Францию. Молодой путешественник проехал всю Азию; он целый год ехал до Петербурга. Стужа задержала его три месяца в Камчатке; потом, не найдя судна, чтобы переплыть Охотское море, он должен был ехать еще три месяца, чтобы обогнуть его. От него я получил любопытные сведения о Камчатке и Сибири. Он впоследствии издал описание этого странного путешествия, писанного просто и ясно и достойное доверия. Лаперуз просил меня выхлопотать награду Козлову, камчатскому губернатору (Козлов-Угренин был собственно не камчатским губернатором, а Охотским комендантом). Он отлично принял французов; он даже не допустил их заплатить за мясо, нужное экипажу. Впрочем, повсюду в России Лессепс находил помощь, проводников и деньги, которые по желанию Лаперуза, я выплатил русским. Молодой Лессепс, пылкий, усердный, неутомимый, не хотел отдыхать в Петербурге. Спеша исполнить свое поручение, он просил меня послать его курьером в Версаль; я согласился и дал ему свои депеши. Он, может быть, первый из европейцев, проехавший с востока на запад всю Азию и Европу». («Записки графа Сегюра о пребывании его в России в царствование Екатерины II», стр. 329—330). племянник: Фердинанд ДЕ ЛЕССЕПС (19.11.1805 - 7.12.1894), французский дипломат, инженер, автор проекта и руководитель строительства Суэцкого канала. Успешное завершение строительства и открытие Суэцкого канала принесли ему заслуженную славу: Лессепс стал членом Французской Академии, Академии наук, множества научных обществ, награжден орденом Почетного Легиона. Его репутацию не смог подорвать даже скандал с возглавляемым им акционерным обществом "Панама" для сооружения Панамского канала. Крах этой компании в 1888 году привел к разорению десятков тысяч мелких держателей акций. Для сокрытия хищений, злоупотреблений и тяжелого финансового положения правление компании подкупило французских министров, сенаторов, депутатов и редакторов газет. В переносном смысле слово "Панама" стало означать крупную политическую и финансовую аферу. После официального расследования Лессепс и его сын Шарль были приговорены в феврале 1893 года к пяти годам заключения. Отбывать наказание пришлось только сыну и то недолго, так как вскоре суд отменил это решение. "Панама","Панамский скандал", жульническая афера, связанная с злоупотреблениями и коррупцией правления "Всеобщей компании межокеанского канала", созданной во Франции в 1879 для организации работ по прорытию Панамского канала. Акции компании приобрело свыше 800 тыс. чел. К 1888 на строительство канала было истрачено почти в 2 раза больше средств, чем предполагалось, а выполнена только 1/3 всех работ. Компания приостановила работы и прекратила платежи. Крах компании вызвал банкротство, разорение десятков тысяч мелких держателей акций. В ходе судебного разбирательства дела в 1889—93 выяснилось, что компания, оказавшись в трудном финансовом положении, стала на путь систематического подкупа влиятельных должностных лиц и политических деятелей, редакторов газет и т. д. Расследование "П." властями раскрыло коррупцию, глубоко проникшую в аппарат Третьей республики и вызвавшую широкое общественное возмущение. Однако почти все официальные лица, замешанные в скандале, избежали наказания. Были осуждены лишь второстепенные обвиняемые. Термин "П." стал нарицательным для обозначения крупных мошенничеств и афер.

Источники

http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Reisen/XVIII/1780-1800/Laperuz/brief_segur_09_1787.phtml?id=2911