Мы приехали в Кировский из Краснодара в 1974 году. Муж в когда-то детстве прожил на базе Колпаково всего три года, но с тех пор его туда тянуло неотвратимо. Что могло так понравиться ребенку, ютившемуся с матерью в бараке образца 50-х годов? Ответить не мог, только мечтательно вздыхал: «Как там здорово! Давай поедем!»
Написали письмо в «Камчатрыбпром». Наверное, это судьба - нас пригласили в именно Кировский, неподалеку от Колпаково. Прибыли на теплоходе « Петропавловск». Пока ждали плашкоут, рассматривали поселок издалека: длинный ряд каменных двух и трехэтажных домов, дымящиеся трубы котельных. Высадились у портпункта и пошли в новую жизнь по странной улице без тротуаров, травы и деревьев, увязая в морском скрипучем песке.
С тех пор шум прибоя, туман и вездесущий песок стали настолько привычными, что проехав километра два от Кировского моста, всегда удивлялись: « Да тут солнце светит, тундра зеленая, по краям дороги деревья стоят, а в Соболево люди ходят без ватников и резиновых сапог!» Наши дети видели только желтые цветы-солянки на прибойке.
Но мы любили свой поселок-корабль, зажатый между Охотским морем и рекой Воровской! Наша семья жила на третьем этаже того самого трехэтажного дома, стена которого до сих пор стоит, как памятник Кировскому. Какой замечательный вид открывался нам на море! Мы видели, как идут Белухи от шторма, любовались закатами летом и белой шугой зимой. Я уже не могла заснуть, если не слышала шум морского прибоя.
В поселке работали несколько магазинов, пекарня пекла замечательный хлеб, в Комбинате бытового обслуживания мы заказывали себе одежду, в столовой покупали отличные полуфабрикаты и восхитительные Сметанники. По выходным все парились в уютной поселковой бане. Дети ходили в школу, а взрослое население наведывалось в библиотеку, и отдыхали в клубе, который был больше, чем в районом центре Соболево. В поселке были аптека и фельдшерский пункт
Мы с мужем застали завод уже без консервного цеха, но были еще два Холодильника, Засольный, Икорный, Туковый цеха. Директором был Василий Остроухов, главным инженером – Анатолий Голубев, парторгом – Иван Адонин. Мастерами были: Елена Кудрицкая, Вера Чулюкина, Евгения Копьева, Валентина Шукай. Главным технологом в ту пору была ослепительная красавица Ирина Ширшова, заведущей лабораторией - строгая и суровая К.Фомина. Это все отличные специалисты, мастера своего дела. Мой муж работал главным энергетиком, а я – сменным мастером холодильника.
Моим непосредственным начальником был старший мастер Василий Антонович Емельянов. Вспоминаю о нем с теплотой. По современным меркам это хороший менеджер, хотя и не имел образования. Просто умный, хороший руководитель, веселый, заводной человек, умевший и ненормативную лексику употребить «для пользы дела». Помню, брала у него Елена Пролесковская интервью для районного радио. Обычно речь лилась у него легко и свободно, а тут покраснел от напряжения. Только ушла корреспондент, как он выдохнул, вытирая пот со лба: «Полчаса говорил и ни разу не заматерился!»
Завод работал в три смены чуть не круглый год. Летом привозили сезонников, человек по 300. Сначала все ждали путину, а потом: «Когда же она закончится!». Но едва заканчивалась лососевая путина, как надо было готовиться к зимней минтаевой. А еще отгрузка продукции: плашкоутами на пароходы, как ложкой из ведра вычерпывали. И опять – то шторм, то ветер, то дождь, то туман.
Каждую осень шторма наступали на косу, на которой стоял богатый завод и уютный поселок. В 1978 году был особенно сильный шторм, который впервые пробил дыру в стене Холодильника №10. Море предупреждало: «И это заберу». Так постепенно и забрало море наш замечательный поселок-корабль. Но не будем забывать все хорошее, что он нам дал!
Анджела Тельнова, технолог рыбокомбината
