К истории Cибирских юртовских служилых татар

Подробности

Опубликовано: 28.07.2026 06:31

Просмотров: 64

Дурынин Сергей Евгеньевич
Атаман Ямальского казачьего округа ОПКЛ, село Салемал

Сибирские юртовские служилые татары – это составная часть воинского контингента Русского государства, а в дальнейшем – Российской империи в Сибири конца XVI – начала XIX веков, наиболее приспособленная к конной службе в сибирских степях. Происхождение сибирских татар, выходцами из которых явились сибирские юртовские служилые татары, а также основные события, произошедшие в Сибири до ее присоединения к Русскому государству, и события, сопровождающие это присоединение, достаточно полно изучены и описаны историографом Г.Ф.Миллером [1], поэтому я не стану здесь уделять этому внимания.

Экспансия Русского государства, начавшаяся с юга Сибири, и затем продолжившаяся на северо-восток, всегда проходила с непременными мирными призывами к населению вновь присоединяемых под руку русского царя земель. Причем, в отличие от других государств того времени, приверженцев колониальной политики, Русское государство гарантировало населению присоединяемых земель равные права со всеми подданными царства в соответствии с их сословной принадлежностью, и строго следило, чтобы эти права не нарушались. Это был один из факторов, благодаря которому сибирская служилая татарская элита, которая когда-то служила сибирским князьям Едигеру и Бекбулату, а затем захватившему власть в Сибири хану Кучуму, после его разгрома отрядом атамана Ермака Тимофеева Повольского и бегства, присягнула на верность русскому царю. Подразделения сибирских юртовских служилых татар были образованы из представителей этой элиты, исповедовавших традиционный Ислам, в крупных сибирских гарнизонах городов Тобольска, Тюмени, Тары, Томска, Кузнецка, Красноярска. Из представителей же сибирской служилой татарской элиты, принявших Православие, в Тобольске по аналогии с казачьими станицами, была сформирована станица новокрещеных татар. Причем, в Тобольске и в том, и в другом подразделениях служили представители одних и тех же сибирских служилых татарских родов.

Подразделения сибирских юртовских служилых татар видимо формировались при основании городов, к гарнизонам которых они относились. Так, тюменские юртовские служилые татары присягнули русскому царю еще при основании Тюмени. Такой вывод можно сделать из текста царской грамоты 1618 года тюменскому воеводе Ивану Секерину о прибавке жалованья голове тюменских юртовских служилых татар Маитмасу Ачекматову. В указанной грамоте воспроизведен текст челобитной Маитмаса Ачекматова, утверждающей, что он служил русскому царю с самого основания Тюмени и в дальнейшем участвовал во многих военных походах на врагов Русского государства: «… В нынешнем во 126 году, декабря в 9 день, писали есте к нам и прислали Тюменского города юртовских служивых татар головы Маитмаса Ачекматова челобитную, а в челобитной его написано: служит он нам в Сибири болши 30 лет, как и Тюменской город стал; и как де был на Тюмени воевода Василей Сукин [в 1586 году – С.Д.] и посыланы были с Тюмени на царя Кучюма служивые люди и юртовские тюменские татаровя, и он де на той службе нам служил, убил трех мужиков да двух живых взял; и после де того голова Алексей Безобразов [в 1603 году – С.Д.] посылал с Тюмени станицу, для воинских людей, тюменских казаков и татар 20 человек, и он де у Алея царя взял из улуса языка. Да при Алексее ж де Безобразове ходили тоболские и тюменские казаки и татаровя зимою на калмацких людей, и в том походе в улусе убил он тайшу, а его ранили в руку; да при боярине и воеводе при Матвее Михайловиче Годунове ходили тоболские ж и тюменские казаки и татаровя войною на Алея царя, и с Алеем де царем было у них дело, и на том деле взял он Алееву матерь; при боярине ж и воеводе при Матвее Михайловиче [в 1608 году – С.Д.] приходили под Тюменской город войною нагайские люди и повоевали в Тюменском уезде наши ясачные волости, и боярин де Матвей Михайлович Годунов посылал с Тюмени за теми нагайскими людми казаков и татар, и с теми нагайскими людми было у них дело, и на том де деле убил он нагайских людей семи человек да дву живых взял; да при боярине ж де при Матвее Михайловиче Годунове, как ходили в Тюмени на царя Алея голова Назарей Изъединов [в 1606 году – С.Д.], и в том де походе взял он Алееву жену да дву царевичев Алеевых детей; да при боярине ж де при Матвее Годунове в прошлом во 121 году ходили с Тюмени зимою на колмацких людей, и с теми колмацкими людми было у них дело, и на том де он деле с колмыцкими людми бился и взял улусного мужика; да в прошлом же де во 124 году, как изменили нам тюменские татаровя, и за теми де татары посылан был с Тюмени атаман Степан Молчанов, а с ним была Литва и конные казаки и татаровя, и с теми де изменники была у них драка, и он де на той драке взял ясачного татарина; и ни которая де его служба и посылка не минует…» [2]. Кстати, вот что указал о Маитмасе Ачекматове С.В.Бахрушин: «О судьбе мурзы Майтмаса у нас имеются точные сведения: Майтмас Ачекматов при первом тюменском воеводе Вас. Сукине стал служить московскому царю; участвовал в ряде экспедиций и сражений, ставил три города – Тобольск, Тюмень, Тару; ходил на Кучума, на калмыков, на царевича Али и т.д.; в 1617 г. был «головой» тюменских служилых татар и получал 12 руб. и по 2 чети хлеба и овса годового жалованья. Его сыновья – Мургач, Надыш, Шугур и Кутайгул, после смерти отца, продолжали нести «государеву службу»»[3].

Если в начальный период освоения Сибири городовые подразделения юртовских служилых татар возглавлялись представителями сибирской служилой татарской элиты, в частности, в Тюмени – Маитмасом Ачекматовым, а в Тобольске – Кызылбаем Купландыевым, которые в большей степени исполняли обязанности походных голов, чем местных администраторов, то в дальнейшем каждое городовое подразделение сибирских юртовских служилых татар стали возглавлять татарские головы, которые назначались царской грамотой из русской служилой элиты – детей боярских, либо казачьих атаманов, чаще присланных с Руси, в чьи обязанности уже входил более широкий круг решаемых вопросов. Первым русским тобольским татарским головой был ермаковский атаман Черкас Александров сын Корсак. В «Прибыльной книге» 175-177 годов тобольского воеводы стольника П.И.Годунова записано: «…Черкас Александров Корсак служил в Сибири в Тобольску в головах татарских с Ермакова взятья всякие государевы службы во всех сибирских городех…» [4].

Денежное и хлебное жалованье татарского головы было самое большое среди сибирских служилых начальных людей. Так, тобольский татарский голова Костянтин Частой в 135-м году получал годового денежного жалованья «30 рублев», а хлебного – «30 чети ржи, 30 чети овса» [5]. Аналогичное жалованье получали и другие, назначаемые в дальнейшем, тобольские татарские головы: в 138-м году - Федор Елагин [6], в 143-м году - Михайло Харламов [7], с 154-го по 156-й год - Петр Иванов сын Челищев [8], в 158-м году - Назар Иванов сын Чирков [9]. Причем в тобольской имянной окладной книге ко 156-му году указано, что «голова татарской Петр Иванов сын Челищев по его челобитью за поместье, которое у него на Руси, служит без хлебново жалованья». В последствии денежное и хлебное жалованье тобольскому татарскому голове было понижено. Назначенный в 159-м году тобольский татарский голова Петр Ондреев сын Ярышкин получал уже денежный оклад «20 рублев» [10], а хлебный – «20 чети ржи, 20 чети овса» [11]. В тобольской имянной окладной книге ко 171-му году указано, что «голова татарской Петр Ярышкин по государеве грамоте сослан на Лену» [12]. В тобольской же имянной окладной книге ко 176-му году эта же информация более детализирована: «Голова татарской Петр Ярышкин в прошлом во 167-м году по указу Великих государей и по грамоте послан ис Тобольска на Лену в Якуцкой острог на вечное житье» [13]. Причина ссылки ни в той, ни в другой книгах не указана. Кстати, в Тюмени в 172-175 годах татарский голова Михайло Павлов сын Корнилов получал жалованья также «денег 20 рублев, хлеба 20 чети ржи, овса тож» [14]. Правда судьба его сложилась еще более печально, чем у Петра Ярышкина: «татарской голова Михайло Корнилов в прошлом во 176-м году на Тюмени утонул» [15]. Более удачно сложилась судьба тобольского татарского головы Савы Турского, сменившего на должности сосланного в Якутский острог Петра Ярышкина [16]. Вот что он написал 7 марта 1670 года в своей челобитной на имя Великого государя: «…Служил я, холоп твой, деду и отцу твоему Великим государем на Москве лет з дватцать, и по твоему Великого государя указу отпущен я, холоп твой, с Москвы в Сибирь в То[бо]леск. А велено мне, холопу твоему, быть в Тобольску у татар в голов[ах]. И был я, холоп твой, и жил в Тобольску с тритцеть лет. А в татарских головах был семнатцать лет, и служил тебе, Великому государю, и во [м]ногих походех против твоих государевых изменников - сибирско[го] царевича Кучюка и башкирских людей, и на боях был ранен, и многих башкирцов с татары побил, и языков привел. И по твоему ж Великого государя указу ис Тобольска взят я, холоп твой, к Москве. А велено быть мне, холопу твоему, у твоего ж Великого государя дела в Сибирском приказе в подьячих…» [17].

После Савы Турского тобольских татарских голов из русских служилых людей больше не назначали, так как в 186 году денежный, хлебный и соляной оклады тобольского татарского головы - «20 рублев 20 чети ржи, 20 чети овса, 8 пуд соли», видимо вместе с полномочиями, были отданы тобольскому юртовскому служилому татарину Авезбакею Кульмаметеву. Однако тут же его хлебный и соляной оклады были значительно уменьшены: «Авезбакей Кульмаметев, и в нынешнем во 186-м году по приговору боярина и воеводы Петра Васильевича Шереметева с товарыщи велено ему давать 7 чети ржи, овса тож, 6 пуд соли. А достальная у него придача взята и положена в выбылые верхотурских детей боярских оклады» [18]. Для сравнения – в этом же 186-м году в Тобольске казачьи атаманы получали денежный оклад 13 рублев [19], а хлебный и соляной оклад – 10 чети ржи, 8 чети овса, 3 пуда соли [20]. Причем, для Сибири, за редким исключением, соляной оклад в 3 пуда был наивысшим, который выдавался только казачьим атаманам и верхушке детей боярских. В тобольской имянной окладной книге за 189-й год имеется помета: «Авезбакей Кульмаметев, и в нынешнем во 189-м году по указу Великого государя и по грамоте прибавлено ему Азбакею вновь к прежнему окладу 3 рубли» [21], то есть его денежный оклад в 1681 году увеличился до 23 рублей.

Вопрос выплаты денежного, хлебного и соляного жалованья сибирским юртовским служилым татарам очень интересен. В самой ранней, из сохранившихся, тобольской имянной окладной книге 135-го года в подразделении тобольских юртовских служилых татар числится 259 человек. Из них денежное жалованье в размере «по 3 рубли» получали 92 человека, «по 4 рубли» - 68 человек, «по 5 рублев» - 36 человек, «по 6 рублев» - 18 человек, «по 7 рублев» - 19 человек, «по 8 рублев» - 10 человек, «по 9 рублев» - 2 человека, а именно - Сантагул Аранчеев, Хабарчак Упконин, «по 10 рублев» - 5 человек, а именно – Барзагильдей Баибохтин, Кайдаул Баисеитов, Козмамет Ахмаметев, Итлибай Илибеков, Кельмамет княж Бегишов, «по 11 рублев» - 4 человека, а именно – Ишмурза Ендалеев, Куплонда Бурундуков, Аврахман Бекбавлуев, Ильчимамет Енмункеев, «по 12 рублев» - 4 человека, а именно – Кызылбай Купландеев, Мамеделей Кызылбаев, Кутук княж Енбулатов, Ортышак Кожбахтыев [22]. Хлебное же жалованье «оклад по 2 чети ржи, по 2 чети овса» получали всего 15 человек, в том числе – Мамеделей Кызылбаев, Барзагильдей Баибохтин, Кутук княж Енбулатов, Козмамет Ахмаметев, Балицер Итеев, Кызылбай Купландеев, Кошай Янгильдеев, Ишей Мурзаендалеев, Аврахман Бекбавлуев, Куплонда Бурундуков, Кайдаул Баисе[и]тов, Ясаул Кучей Кочашов, Малай Ярлагашов, Буйчак Сабанчеев, Ортюшак Кожбахтыев [23]. Мы видим, что большинство (160 из 259 человек) тобольских юртовских служилых татар получали денежное жалованье по 3 и по 4 рубля, что меньше денежного жалованья рядового тобольского стрельца или рядового тобольского пешего казака. Видимо такое денежное жалованье было установлено им потому, что они не посылались на годовалые службы, а служили в своем юрте со своего хозяйства, и привлекались на службу только когда была необходима защита «от прихода неприятельских воинских людей». Такое положение тобольских юртовских служилых татар напоминает положение появившихся пару десятилетий позже беломестных казаков. Согласно тобольской имянной окладной книги ко 150-му году все тобольские юртовские служилые татары получали в то время соляной оклад в размере 1 пуда соли [24].

Однако я не случайно привел имена тобольских юртовских служилых татар, получавших денежный оклад намного больший, чем у большинства тобольских конных казаков и детей боярских, то есть тобольской русской служилой элиты. Почти все они же получали и небольшой хлебный оклад. Скорее всего, эти достаточно большие денежные и небольшие хлебные оклады были им жалованы за их службы. В то время в Русском царстве существовал принцип накопления и наследования денежных, хлебных и соляных окладов, когда надбавки к жалованию за какое-либо отличие в службе прибавлялись к окладу, и накопленный таким образом за время службы оклад мог быть передан родственникам – сыну, брату, или племяннику при верстании их в службу. А если учесть владение тюркскими языками, отличное знание степного уклада жизни юртовскими служилыми татарами, то возможностей отличиться и заработать повышение оклада, выполняя воеводские поручения в качестве посланников или сопровождающих их лиц, было в то время предостаточно.

Приведу пример. По указу царя 13 июля 1668 года из Тобольска в Китайское государство были посланы бухарец Сеткул Аблин с целовальниками для торговли в Китае государевыми товарами и обмена их на китайские товары, необходимые в Москве. «…А для береженья государевы казны послано с ним же Сеткулом тобольских служивых руских людей 16 человек, да татар 10 человек. А хто имяны тоболских служивых руских людей и татар с Сеткулом Аблиным с товарыщи послано, и тому под отпискою прислана роспись. А в росписи написано: татара Бектемир Манаев, Игирей Ненеев, Чюгейка Даулов, Бигиней Мамеделеев, Еналей Енигеев, Иткиня Тохтаулов, Таушен Ишкинин, Иткиня Ишкинин, Исенгул Ортышаков, Якшимамет Илигеев» [25]. Зимой 180-го года боярин и воевода князь Иван Борисович Репнин послал этих тобольских юртовских служилых татар, вернувшихся из Китайского государства, сопровождать соболиную казну и китайские товары в Москву. Там они подали челобитную государю с просьбой за китайскую посылку пожаловать их прибавкой жалованья. И в феврале 1673 года по царскому указу в Москве указанным тобольским юртовским служилым татарам было выдано «за китайскую их службу денег по пяти рублев человеку» [26] . Кроме того, в том же году по царскому указу было прибавлено «годового денежного и хлебного жалованья за китайскую посылку тобольским служивым татаром к прежним их окладом Бектемиру Манаеву, Игирею Ненееву, Чигею Кайдаулову, Бигинею Мамаделееву, Енамею Енигееву, Иткине Тохтаулову, Таушенку Ишкинину, Иткине Ишкинину, Исенгулу Ортышакову, Якшимаметю Илигееву к деньгам по два рубли, хлеба по две чети ржи, по две чети овса человеку» [27].

История сибирских юртовских служилых татар очень богата на замечательные события. Самое первое известие о сибирских юртовских служилых татарах в сохранившихся документах относится ко времени похода в 1598 году тарского воеводы Андрея Воейкова на хана Кучюма, кочевавшего в Барабинской степи у реки Оби. Как сообщал в своей отписке в Москву воевода Воейков: «… а со мною холопом твоим пошло твоей Государевы Царевы и Великого Князя Бориса Федоровича всеа Русии рати: три сына боярских, да два атамана, да Тарских служивых людей, литвы и казаков, сто человек, да юртовских служивых Тотар тридцать человек, да волостных ясачных людей шестдесят человек, да Тоболских служивых людей … голова Татарская, да атаман, да литвы и казаков пятдесят три человека, да юртовских Тоболских Тотар сто человек, да Тюменских служивых людей, Литвы и казаков, четырнадцать человек, да юртовских …. Тотар десять человек; …… было в походе твоей …. Царевы и Великого Князя Бориса Федоровича всеа Русии рати: три сына боярских, да голова Татарская, да три атаманы, да четыреста без трех человек, Литвы и казаков, и юртовских и волостных Тотар» [28]. В своей отписке воевода Воейков указывает: «…И пришел, Государь, я холоп твой на Кучюма царя Августа в 20 день, на солночном восходе, и бился с Кучюмом царем до полдень; и Божием милосердием и твоим Государевым Царевым и Великого Князя Бориса Федоровича всеа Русии счастьем, Кучюма царя побил, и детей его царевичев и цариц его поимал, и брата Кучюмова Илитен царевича, да сына Кучюмова Каная царевича, да дву царевичев, Алея царевича детей, на бою убили, да живых взяли Кучюмовых детей, пять царевичев Асманака, Шаима, Бибадша, Моллу, Кумыша, да восмь цариц Кучюмовых жен, восмь царевых дочерей, да Осмей царевича …. с сыном да с дочерью, да Чюрай царевича ……. Уруса князя Нагайского дочь, с двема дочерми, да лутчих людей Кучюмовых взяли на бою шесть князей, князя Моймурата с товарыщи, да десять мурз, Ахита мурзу с товарыщи, да пять аталыков, Чегей аталыка, Кучюмова тестя, с товарыщи, да полтораста человек служивых людей; да со сто, Государь, человек потопло на Оби на реке, как они поплыли за Обь реку, и твои Государевы Царевы и Великого Князя Бориса Федоровича всеа Русии люди их побивали, с берегу, из пищалей и из луков; да с пятдесят, Государь, человек служивых людей взяли живых, и я холоп твой велел их побить, а иных перевешать. А про Кучюма, Государь, царя языки многие сказывают, что Кучюм в Оби реке утоп, а иные языки сказывают, что Кучюм в судне утек за Обь реку, и я холоп твой плавал на плотех за Обь реку, со всею твоею Государевою Царевою и Великого Князя Бориса Федоровича всеа Русии ратью, и Кучюма царя, за Обью рекою, по лесом в крепях, и по островам на Оби реке, искал и нигде его не нашел, и я холоп твой привел к шерти Кучюмова Туль-Маметя сеита, и послал Кучюма царя сыскивать в Чаты и в Колмаки, и где он Кучюма царя найдет, и я холоп твой приказал ему говорить Кучюму царю, чтоб Кучюм царь ехал служити к тебе Государю Царю и Великому Князю Борису Федоровичу всеа Русии, а ты Государь Царь и Великий Князь Борис Федорович всеа Русии его пожалуешь своим Царским жалованьем» [29]. Таким образом, в окончательном разгроме хана Кучума есть заслуга тарских, тобольских и тюменских юртовских служилых татар, которые в этом походе составляли почти четвертую часть войска воеводы Андрея Воейкова. Взятое в плен «Кучюмово семейство» и другие пленники были отправлены в Москву 20 сентября 1598 года. С ними в охранном отряде, состоящем из 34 человек, пошли в Москву тарский юртовский служилый татарин Енгилдей Чоткораев и тобольские юртовские служилые татары Бекбавлуй Абыза и Кучуков, Кызылбай Купландыев [30].

8 августа 1632 года были «… посыланы ис Тоболска татарской голова Иван Внуков, да тоболской сын боярское Богдан Аршинской, а с ними тоболские дети боярские и служилые тотарове в поход на Кучюмовых внучат и на государевых изменников - на тарских татар и на колмацких людей, по их задору которые приходили блиско государевых ясачных волостей Тарханских острошков, и на зверовьях государевых ясачных людей грабили и побивали, и наругаючись груду у них выпорывали, а глаза выимали, и на Белом озере от Тоболска во шти днищах на станишников на тоблсково сына боярсково на Филипа Обольянинов с товарыщи приходили. Да в том же походе по тоболской отписке были с Тюмени татарской голова Илья Бакшеев, да сын боярской Семен Поскочин, а с ними тюменские служилые люди и юртовские тотаровя. И тоболские, и тюменские головы Иван Внуков, да Богдан Аршинской с товарыщи с тоболскими и с тюменскими служилыми людми, и с татары по сакме воровских колмацких людей сошли за рекою за Ишимом на урочище на Камышлове во 141-м году сентября в 1 день и был у них с теми колмацкими людми бой и Божиею милостью, а государя царя и Великого князя Михаила Федоровича всеа Русии счастью колмацких людей побивали» [31]. В своей отписке тюменский воевода Семен Жеребцов поясняет: «… в прошлом, государь, во 140-м году августа в 14 день писал ко мне, холопу твоему, на Тюмень столник и воевода князь Федор Телятевской, что по прежним и по нынешним колмацким задором послал он ис Тоболска в поход на колмацких людей голову тотарсково Ивана Внукова, да сына боярсково Богдана Аршинсково, а с ними послано тоболских служилых людей литвы и казаков конных 60 человек, да юртовских служилых татар 115 человек, оприч охочих людей, а которых охочие юртовские и волостные тотаровя похотят с ними итти своею волею, и тех людей с собою имать и мне б, холопу твоему, послати с Тюмени голов и ратных людей и я холоп твой посылал с Тюмени в поход голову татарсково Илью Бакшеева и с ним тюменских служилых татар 35 человек, да сына боярсково Семена Поскочина, а с ним тюменских служилых людей литвы и казаков конных 50 человек, а которые татаровя на твою государеву службу похотели итти своею волею, и я, холоп твой, тех людей в поход отпускал, а велел головам и тюменским служилым людем, и татаром итти на Тарханской острожек и сходитца с тоболскими головами с Ываном Внуковым, да з Богданом Аршинским на речке на Суятке, а сшедшись им с тоболскими головами ... и промышлять твоим государевым делом вместе... а служилые люди ис походу на Тюмень пришли в нынешнем во 141-м году сентября в 13 день» [32]. Из этой отписки видно, что в столь удачном походе большую часть войска составляли тобольские и тюменские юртовские служилые татары.

Гораздо больше информации о службах сибирских юртовских служилых татар можно узнать из их челобитных и выписок по ним. Вот как, например, описывает свои службы тобольский юртовский служилый татарин Азбакей Кульмаметев: « Царю государю и Великому князю Алексею Михайловичю всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу бьет челом холоп твой тобольской юртовской служилой татарин Избакейко Кульмаметев з детишками с Мурзяшком, да с Сабанайком. Служу я, холоп твой, Избакейко тебе Великому государю в Сибири в Тобольску всякие твои государевы службы, и посылан в калмыцкие земли в посланцех не однежды, и в ыные степные посылки безпрестанно. А в прошлом во 181-м году посылан я, холоп твой, ис Тобольска с тобольскими служилыми людми в улус к калмыцкому Дундук тайше для договору, и договорясь взяли аманатов и челобитчика и лист калмыцким писмом за ево Дундуковою рукою. И тот челобитчик и лист прислан к тебе Великому государю к Москве со мною, холопом твоим. А аманатов по договору присылает Дундук тайша в Тоболеск безпрестани попеременно и ныне. Да и детишка мои служат тебе Великому государю в Сибири всякие ж твои, государь, службы безпрестани. А твоего государева жалованья мне, Избакейку, денег осмнатцать рублев, хлеба пять чети ржи, овса тож, шесть пуд соли. А Мурзяшку денег тринатцать рублев, четыре пуда соли, а хлеба не учинено ничего. Сабанайку денег двенатцать рублев, хлеба две чети ржи, овса тож, три пуда соли. И тем твоим государевым жалованьем мы, холопи твои, оскужены. Милосердный государь царь и Великий князь Алексей Михайлович всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец, пожалуй н[ас], холопей своих, за многие мои Избакейковы службишка. Вели, государь, мне и детишкам моим своего деда жалованья прибавить, а Мурзяшку вели, государь, учинить хлебной оклад как тебе, Великому государю, Бог известит. Царь государь, смилуйся, пожалуй» [33]. И далее в деле записано: «И у выписки челобитчик Азбакей Кульмаметев сказал – государева де ему денежного жалованья прибавлено 2 рубли в Тобольску при Петре Годунове. А дети ево поверстаны в службу: Мурзаш – во 177-м году при Петре Годунове, а Сабанак – во 179-м году при боярине и воеводах при князе Иване Борисовиче Репнине с товарыщи» [34].

А вот еще несколько выписок из дел по челобитным тобольских юртовских служилых татар:

«В прошлом во 162-м году по помете на выписке дьяка Григорья Протопопова придано государева жалованья тобольскому татарину Аиткулу Кызылбаеву за калмыцкие службы и за кречатей промысл, и за раденье к прежнему ево окладу денег к 15 рублем 2 рубли, хлеба к 5 четвертям ржи четь ржи, овса тож.

Да во 162-м году придано государева жалованья тобольскому ж татарину Назару Надырову за кречатью ж ловлю и за раденье к прежнему ево окладу денег к 5 рублям 2 рубли. Да ему ж учинен вновь хлебной оклад 2 чети ржи, овса тож.

А во 163-м году придано государева жалованья тобольскому ж юртовскому татарину Кочемаметко Итееву за ево калмыцкие службы и за убитого мужика, и за кречатью ловлю к прежнему ево окладу к 14 рублям денег рубль, да хлеба четь ржи.

В прошлом во 166-м году бил челом Великому государю тобольской юртовской служилой татарин Надыр Шихов. Служил де он Великому государю лет 60 и больши всякие государевы службы, и на многих боях бывал, и языки имал, и на тех боях во многих местех изранен. А государева де денежного жалованья 6 рублев. А иным тобольским служилым татаром, ево братье, государева ленежного жалованья оклады рублев по 15 и больши. И чтоб Великий государь пожаловал ево, Надыра, за службы и за кровь, и за раны велел свое государево жалованье ево оклад прибавить сыну ево Назарку к ево, Назаркову, окладу, и сверстать ево своим государевым денежным жалованьем против ево братьи и юртовских служилых татар, и кому он службою своею верст.

И по указу Великого государя послана ево, Великого государя, грамота в Сибирь в Тоболеск к стольнику и воеводе ко князю Алексею Буйносову Ростовскому за ево Надыровы службы и за раны, и за кровь, и за службу сына ево Назара велено ему, Назару, к прежнему ево окладу к 8 рублям при[ба]вить государева денежного жалованья оклад отца ево Надыра. И учинен ему, Назару, государева денежного жалованья годовой оклад 14 рублев» [35].

В самой последней, из сохранившихся, тобольской имянной окладной книге 1707 года в подразделении тобольских юртовских служилых татар числится 258 человек. Из них денежное жалованье в размере «по 2 рубли» получал 1 человек, «по 3 рубли» получали 19 человек, «по 4 рубли» - 51 человек, «по 4 рубли с полтиною» - 1 человек, «по 5 рублев» - 48 человек, «по 6 рублев» - 48 человек, «по 7 рублев» - 26 человек, «по 8 рублев» - 23 человека, «по 9 рублев» - 6 человек, «по 10 рублев» - 13 человек, «по 11 рублев» - 2 человека, «по 12 рублев» - 8 человек, «по 13 рублев» - 1 человек, «по 14 рублев» - 3 человека, «по 15 рублев» - 5 человек, «по 16 рублев» - 2 человека. Оклад денег «23 рублев», хлеба и соли «8 чети с осминою и полчетверика и пол получетверика ржи, овса тож, 6 пуд соли» получал Сабанак Авезбакеев, сын Авезбакея Кульмаметева, ставший во главе тобольских юртовских служилых татар в место своего отца. Согласно этой же книге 83 человека тобольских юртовских служилых татар служило с хлебным и соляным жалованьем. 175 человек служило без хлебного оклада, только с соляным, из них: оклад в 4 пуда соли был у 7 человек, оклад в 3 пуда соли – у 2 человек, а оклад в 2 пуда соли был у 166 человек [36]. В результате же сравнения жалованья тобольских юртовских служилых татар в 1627 и в 1707 году можно сделать вывод, что за 80 лет тобольские юртовские служилые татары своей верной службой русскому царю выслужили повышение окладов, которые у особо отличившихся превышали оклады даже русских тобольских «начальных воинских людей».

История сибирских юртовских служилых татар в последнее столетие по причинам господствующей идеологической догмы о царизме, как угнетателе народов России, не афишировалась и была скрыта не только от российского народа, но даже и от потомков легендарных героев. Сегодня же невольно забытые страницы этой истории необходимо вспомнить и никогда больше не забывать. Ведь именно сибирские юртовские служилые татары, являясь потомственными служилыми людьми, а соответственно перенявшими от предков дух воина, отличные наездники, мастерски владеющие техникой лучного боя, верные присяге русскому царю, несомненно, внесли огромнейший вклад, наряду с сибирскими казаками, в поддержание русской государственности на просторах Сибири.

Литература и источники:

1. Миллер, Г.Ф. История Сибири [Текст] / Г.Ф. Миллер. – М. ; Л. : Изд-во АН СССР, 1937. – Т.1. С.169-271.
2. Российская Историческая Библиотека, издаваемая Археографическою комиссиею. СПб.,1875. Т.2. Стб.351-353.
3. Миллер, Г.Ф. История Сибири [Текст] / Г.Ф. Миллер. – М. ; Л. : Изд-во АН СССР, 1937. – Т.1. С.486.
4. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.367. Л.1.
5. РГАДА.Ф.214. Оп.1. Д.14. Л.98, 151.
6. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.27. Л.37, 99.
7. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.62. Л.212об., Д.93. Л.313.
8. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.182. Л.222, Д.210. Л.119.
9. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.249. Л.230об.
10. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.277. Л.80об.
11. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.282. Л.235.
12. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.436. Л.178об.
13. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.436. Л.178об.
14. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.450. Л.223об., Д.367. Л.609об.
15. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.367. Л.608об.
16. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.409. Л.201.
17. РГАДА. Ф.214. Оп.3. Д.679. Л.27.
18. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.642. Л.235об., Д.657. Л.195.
19. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.657. Л.158.
20. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.642. Л.205об.
21. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.703. Л.212об.-213.
22. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.14. Л.98-106об.
23. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.14. Л.151об.-152.
24. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.141. Л.205об.-206.
25. РГАДА. Ф.214. Оп.3. Д.679. Л.272-273.
26. РГАДА. Ф.214. Оп.3. Д.679. Л.285.
27. РГАДА. Ф.214. Оп.3. Д.679. Л.286-287.
28. Акты исторические, собранные и изданные Археографическою комиссиею. СПб., 1841. Т.2. С.1.
29. Акты исторические, собранные и изданные Археографическою комиссиею. СПб., 1841. Т.2. С.3.
30. Акты исторические, собранные и изданные Археографическою комиссиею. СПб., 1841. Т.2. С.6.
31. РГАДА. Ф.214. Оп.3. Д.525. Л.23-24.
32. РГАДА. Ф.214. Оп.3. Д.525. Л.44-46.
33. РГАДА. Ф.214. Оп.3. Д.679. Л.612.
34. РГАДА. Ф.214. Оп.3. Д.679. Л.632.
35. РГАДА. Ф.214. Оп.3. Д.679. Л.616-619.
36. РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.1473. Л.204-209об.

Опубликовано: Дурынин, С.Е. К истории сибирских юртовских служилых татар [Текст] /С.Е.Дурынин //Генеалогический диалог личности с прошлым: материалы Всероссийской научно-практической конференции 2024 года. Восемнадцатые Тюменские родословные чтения. - Тюмень, 2026. - С.40-47.

• Назад
• Вперёд